Каких реформ ждет электроэнергетика
В том числе, конечно, и в сегменте функционирования операторов распределительных электросетей. Простому обывателю, который видит только цифры в платежках и не особо вникает во «внутреннюю кухню», подобные разговоры могут показаться как минимум странными. Но ситуация в отрасли действительно складывается критическая.
Прежде всего, стоит напомнить о том, что электроэнергетики работают не только на зарегулированном, но еще и на падающем рынке. Наглядной иллюстрацией этого тезиса могут стать размещенные в открытом доступе данные профильного министерства. В 2011 году страна потребила 187,65 млрд. кВт*ч электроэнергии. В 2016 году этот показатель составил всего 149,35 млрд. кВт*ч. Другими словами, за последние 5 лет объемы снизились на 38,3 млрд. кВт*ч (или на 20%). При этом самое серьезное снижение произошло по наиболее крупному клиенту – промышленности: с 73 млрд. кВт*ч до 49 млрд. кВт*ч (или на 32%). Сокращение потребления электроэнергии населением, которое начало активно экономить в последние годы, намного скромнее – порядка 8%.
И мало того, что само по себе падение негативно сказывается на отрасли, так еще и подобный диспаритет в показателях обнажает еще одну проблему, нам понятную, но не столь очевидную для далеких от энергетики людей. Поясню. Можно предположить, что снижение потребление электроэнергии промышленностью является следствием общего спада в экономике. Но не все так просто. Возьмем самые общие показатели. Только за последние три года показатель ВВП в стране сократился в 2,3 раза (с $180 млрд. в 2013 до $80 млрд. в 2016). А потребление электроэнергии за пять лет упало всего на 20% (по промышленности – на 32%). Цифры совершенно несоизмеримые. На фоне такого падения ВВП потребление – в особенности по промышленности – должно было просто рухнуть. Куда же украинские предприятия девают киловатты, которые, по логике, не могут себе позволить?
Тут-то мы и подходим к ключевому вопросу. А именно – неэффективному использованию энергоресурсов. У этого процесса множество проявлений, но для операторов распредсетей самым важным является показатель задействования присоединенных мощностей. В настоящее время он составляет порядка 20%. Другими словами, 4/5 всего объема присоединенной мощности банально не используется, оставшиеся 80% мощностей просто лежат «мертвым грузом» на распределительных компаниях. Для них это недополучение прибыли (эффект упущенной выгоды) и дополнительные финансовые ресурсы на поддержание в рабочем состоянии этих неиспользующихся мощностей. А ведь эти деньги можно было бы направить на столь необходимую отрасли реконструкцию и модернизацию существующей инфраструктуры. Не говоря уже о том, что вся страна получает проблемы с подключением новых абонентов – процесс становится более дорогим и растянутым во времени (необходимо получить разрешительные документы, строить новые сети, расширять подстанции и пр.).
Мои коллеги по Ассоциации часто любят приводить в пример черниговский завод «Чезара», к которому присоединено 28 МВт, но используется только 4-4,5 МВт. Остальные присоединенные мощности «гуляют», хотя распределительная компания их полностью обслуживает (да и желающих направить этот ненужный объем к себе в регионе хватает). Я для наглядности возьму другой пример. Представьте, что вы выстроили пятиэтажный ТРЦ, в котором вы торгуете, то есть зарабатываете, только на территории одного этажа. Но при этом топите, освещаете и убираете весь объект. Не разумно? А добавьте к этому еще и прогуливающихся вокруг «голодных» потенциальных арендаторов, которым негде торговать, но вы не можете отдать им пустующие четыре этажа.
Решение на поверхности. Нет никакой необходимости изобретать велосипед, когда во многих западных экономиках давно работает двухставочный тариф: клиент отдельно оплачивает присоединенную мощность, отдельно – непосредственно потребленную электроэнергию. Это снижение финансовой нагрузки на распределительные компании, о которой говорилось выше, а также борьба с неэффективным распределением и, как следствие, оптимизация использования присоединенных мощностей. К тому же, не исключено, что предприятия с избыточной присоединенной мощностью станут отказываться от ненужных объемов, что высвободит ресурс для новых подключений.
Однако, такой шаг (равно как и внедрение другой реформы в виде RAB-регулирования) требует политической воли. У государства нет необходимости направлять в отрасль лишние ресурсы, достаточно на уровне регулятора создать механизмы, при которых распределительные компании сами получат возможность эффективно работать и обеспечивать надежную деятельность всей системы. В этих сложных экономических условиях и при всех отраслевых проблемах наш сегмент только так сможет достойно справиться с существующими вызовами. Альтернатива реформам, к сожалению, достаточно печальна. С учетом состояния распределительных низковольтных сетей и туманных перспектив для инвестиций в текущих обстоятельствах, страна просто сможет забыть о стабильных поставках электроэнергии потребителям. Причем как промышленным, так и населению.
