Еще один взгляд на энергетический кризис

0 комментировать
Про блокаду, подключение к сетям и ... биомассу

"Благими намерениями вымощена дорога в ад"

Эта крылатая фраза могла бы идеально подходить для описания ситуации со скандальным постановлением НКРЕКП, касающегося повышения стоимости присоединения к электрическим сетям. Могла бы, если допустить что благие намерения вообще были. Профильному сообществу хорошо известно, что подключение к сетям - процесс, мягко говоря, непрозрачный. Все мы живем в одной стране и знаем, где непрозрачность – там жена начальника шлагбаума становится сверхуспешной бизнес-леди, имея 2 ларька и три ФОПа. Комиссия говорит: "Окей, проблема понятна, сейчас все исправим", но мелким шрифтом как бы дописывает "коррупционная рента будет узаконена, а размер ее увеличен, раз так в…6!!!". По сути введен очередной налог на инвестиции. Пойдет ли это на пользу это рынку вопрос риторический... Я глубоко убежден что в рыночных отношениях любые барьеры, пошлины, лицензии и т.д. являются абсолютным злом. Случайно ли в такой ситуации почетное 166 место в глобальном рейтинге экономической свободы? Скорее нет, могло бы быть и 186, или 206… хотя нет, участников всего 180.  

Я предложу еще один взгляд на то, к каким последствиям может привести вступление данного постановления силу. Речь пойдет о блокаде, угле и энергетическом кризисе.

Принимать тактические, экстренные решения - прерогатива исполнительной власти, не мне советовать им, что делать здесь и сейчас. А вот вопросы стратегии требуют всестороннего обсуждения и анализа всех имеющихся вариантов. Поэтому я хочу поговорить о том, что можно и нужно делать, для того, чтоб избавиться от угольной зависимости в принципе. Не уголь из ОРДЛО, ни диверсификация поставок, а именно отказ от угля и/или диверсификация источников энергии. Речь пойдет о возобновляемой энергетике и роли биомассы в энергетическом балансе страны. Но для начала…

Краткий экскурс в агросектор

В 2000-х наблюдался бурный расцвет масложировой отрасли. Для тех, кто не в курсе, в процессе производства подсолнечного масла образовывается большое количество отходов, лузги подсолнечника. Проблему с утилизацией заводы решили очень логично. Лузгу научились сжигать в собственных котельных для обеспечения своих же технологических потребностей в тепловой энергии. Особенностью является тот факт, что для собственных нужд достаточно 50% от всего объема, который формируется. В результате был создан новый класс твердых топлив. Излишки гранулировались и экспортировались в страны ближнего зарубежья, в первую очередь в Польшу и Чехию. Забегая наперед, отмечу, что сжигание лузги для целей генерации тепловой и электрической энергии доказано на практике в Европе.

Следующий этап – 2014-2016 годы. По понятным причинам интерес к замещению газа возрос многократно. Это запустило вторую волну. Аграрии начали экспериментировать, сжигать доступную им биомассу для целей, в первую очередь, сушки зерна. На этот раз в ход пошло все, стебли и початки кукурузы, отходы элеваторов, солома рапса, энергетические культуры… даже такое экзотическое сырье, как куриный помет или осадок сточных вод можно использовать. Спрос породил предложение и уже сегодня можно утверждать, что отработанные решения, позволяющие сжигать различные виды биомассы в промышленных масштабах, существуют, доступны и имеют именно украинское происхождение.

Что дальше? С одной стороны получен достаточно разнообразный опыт по использованию разных видов топлива. Это позволяет уже сегодня системно оценить ресурсный потенциал биомассы, проранжировать источники поставок с точки зрения доступности, надежности и бесперебойности, смоделировать логистические цепочки. Мы регулярно делаем такой анализ для различных компаний и я могу утверждать, что организациия гарантированных поставок топлива в любом объеме возможна. Говорим ли мы о замещении 500 тысяч кубометров газа в месяц, 5 миллионов или 50, не важно. Это задача, которая имеет свою степень новизны, сложности, разные составляющие, от логистических до организационных и т.д. Но это всего лишь задача, решить которую, при грамотном подходе, по силам любой компании.

С другой стороны давайте посмотрим на потребителей газа. Например, сахарные заводы сжигают от 5 до 25 млн кубометров газа в сезон, это 3-4 месяца работы. В 2016 году в Украине работало более 40 сахарных заводов. Большинство из них входят в структуру разного калибра агрохолдингов. То есть с одной стороны агрохолдинг – это крупный потребитель газа, а с другой - неисчерпаемый источник биомассы для его замещения. Соответственно в рамках одной компании можно организовать и промышленное производство топлива и  его потребление, снизив затраты на энергетическую составляющую не менее чем на 50%. О каких суммах идет речь, можете прикинуть самостоятельно, объемы я сказал, цены на газ известны.   

Потенциал рынка и роль национального регулятора

А теперь вернемся к НКРЕКП. Дело в том, что в структуре каждого сахарного завода имеется ТЭЦ, говоря проще, паровая котельная, где в общем-то сжигаются эти миллионы кубометров, и турбина, которая вырабатывает электроэнергию. Замещая газ биомассой, мы делаем вырабатываемую электроэнергию "зелёной". Да, для этого надо провести ряд мероприятий: модернизировать котлы, организовать производство и поставки топлива, возможно внести корректировки в тепловую и электрическую схемы завода или заменить турбину. Но это, как я говорил ранее, всего лишь задачи, каждая из которых решаема.

Математика подобных проектов очень убедительна, окупаемость на уровне 2-х лет выглядит фантастикой только на первый взгляд. Детальный анализ каждого конкретного проекта доказывает, что это вполне реально. При наличии Зеленого Тарифа, конечно же. А это, в большинстве случаев, предполагает подключение к сетям. Мы годами рассказываем собственникам, о том, что такие модели реализуемы, оптимизируем и дорабатываем концепции, а НКРЕКП, легким росчерком пера, повышает плату за присоединение к электрическим сетям в 6 раз. Естественно увеличение затрат, тем более такое значительное, не добавляет привлекательности ни одному инвестиционному проекту. Не то чтобы делает их бессмысленными, нет. За счет возможности вертикальной интеграции(сырье-топливо-электроэнергия) в рамках агрохолдинга и существующей инфраструктуры сахарных заводов проекты продолжают оставаться привлекательными, но очевидно, что любое ухудшение конъюнктуры как минимум отодвигает момент принятия решения. На месяцы или на годы, сейчас сказать сложно.  А вот это как раз и имеет значительные и далеко идущие последствия в масштабах всей страны. Давайте посмотрим шире:

В процессе реализации такого проекта условный агрохолдинг научится производить топливо в больших, от 10 000 тонн в месяц, объемах. Когда на кону стоят десятки миллионов гривен экономии – конечно научится.  Что такое 10 000 тонн? Это как 5 000 тонн угля антрацита, который мы сейчас закупаем из ОРДЛО. Это только один холдинг. Конечно, не все имеют сахарные заводы, чтоб потреблять топливо в таких количествах, но все аграрии имеют ресурсы, чтоб его производить. То есть рынок может выйти на третий этап, производство твердых биотоплив в невиданный ранее объемах. Можно смело говорить о миллионах тонн ежегодно, если смотреть в масштабах страны. Кстати, например многие элеваторы уже сегодня производят пеллеты из  своих отходов. Что делать с такими объемами, спросите вы?

Второй компонентой такого проекта на сахарном заводе будет модернизация паровых энергетических котлов. Это тоже не более чем просто задача, которую так же надо решить. Уже сегодня есть отработанные украинские технологии, позволяющие модернизировать котлы практический любой мощности. Я не шучу. 10 МВт, 50, 100, 200… можно.  Надо будет – поговорим и об этом, для этого может потребоваться не одна статья.

Паровые энергетические котлы стоят как на сахарных заводах, так и на теплоэлектростанциях. На всех. Успешный опыт сахарников может быть легко воспроизведен как в генерирующих компаниях, так и в котельных жилищно-коммунальной сферы. Затраты на топливо упадут минимум на 50%. Вот вам и спрос.

То есть с одной стороны мы, Украина, можем производить биотоплива в огромных объемах,  а с другой использовать их же для генерации тепловой и электрической энергии.  А это и снижение  потребления газа и угля, и тысячи рабочих мест, и снижение тарифов на тепло, и перевыполнение национальных целей по доле возобновляемых источников в структуре генерации и многое-многое другое. Масштабы последствий оценить сложно, но очевидно, что сдвиги могут произойти тектонические.

Наилучшие предпосылки стать первопроходцами имеют как раз агрохолдинги с небольшими, по энергетическим меркам, мощностями, 3-5 МВт.

Что в таком случае должен сделать профильный регулятор? Возвыситься над ситуацией, оценить перспективы и последствия на горизонте 3, 5,10 лет и сказать: "Да, видим, знаем, понимаем. Упрощаем процедуру, снижаем сроки и стоимость. В общем делаем все от нас зависящее, чтобы помочь бизнесу пойти по этому пути".

Ожидания v.s. реальность.

Национальный регулятор вместо того, чтобы установить прозрачные и понятные правила игры в отрасли энергетики, поднимает стоимость присоединения к сетям и по факту отстаивает интересы частных компаний. Интересы всей страны отходят на второй план. А ведь постановление НКРЕКП повысит стоимость строительства не только объектов энергетики, а школ и садиков за бюджетные деньги, жилья всех категорий, заводов и предприятий. Ну и объектов энергетики конечно же. Стоимость возрастет для всех.

Налог на инвестиции? Еще один? Вы серьезно?

Какие там, говорите, у вас намерения?

Ну и о блокаде, я ведь обещал. Как сказал Нойнец: "Блокада - это хорошо, то, что делают эти …. – это не блокада". Как по мне – лучше б они НКРЕКП блокировали. Вот только для этого образование надо выше среднего, видение стратегическое, а заботиться – об интересах государства.
Читайте срочные новости и самые интересные истории в Viber и Telegram Нового Времени.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время Бизнес, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: kolonka@nv.ua

Эксперты ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

опрос

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: