50 оттенков малого бизнеса

0 комментировать
Что такое настоящий малый бизнес по-европейски, я узнал после того, как вместе с инвесторами построил завод

Да, вам не послышалось – когда построил завод. Я им очень гордился, потому что все сделали с нуля и было на что посмотреть. В Украине это считалось большим предприятием, потому что оборот достигал 30 млн долларов. Однако встретившись с австрийскими партнерами, узнал, что имея штат около 30 человек, их оборот достигает 40 млн евро в год. К слову, они получали серьезную поддержку от государства как малое предприятие.

И действительно, по стандартам Еврокомиссии к SME (small and medium enterprise, или малые и средние предприятия) относят компании с количеством работающих до 250 человек и оборотом до 50 млн евро. Поэтому по этой классификации мой гордый большой бизнес на самом деле был SME.

На такие размышления натолкнуло недавно прочитанное интервью экс-министра экономики Павла Шереметы. В нем он сокрушался, что Украине надо больше малых предприятий и объяснял - на улице, где журналист брал у него интервью, мало кафешек, химчисток и продуктовых магазинов. В Европе на такой же улочке их было бы на порядок больше, писал он.

Здесь мы возвращаемся к извечному вопросу «курица или яйцо». По моему убеждению, большое количество кафе и парикмахерских – это не суть, а лишь внешняя иллюстрация того, как живется бизнесу. Это - следствие деятельности технологических предприятий, которые, выплачивая большие зарплаты, создают высокий потребительский спрос. Отдельно нужно говорить о мировых туристических центрах, где инфраструктура услуг направлена на экспортного потребителя, то есть туриста. Но сейчас не об этом. В этой статье хочу поднять вопрос, что считать малым бизнесом в Украине.

ФЛП или не ФЛП
Традиционно повелось, что у нас к таким относят физлиц-предпринимателей. Возможно, выскажу неполярную вещь, но уподоблять украинские ФЛП до европейских SME – абсолютно ложно. Но именно этим занимаются часто чиновники, когда им нужно показать, что бизнес-климат у нас налажен, утверждая, что количество SME у нас и в развитых странах Европы примерно одинаковое. Это совсем не так.

С одной стороны, наши ФЛП - часто это самозанятые базарные торговцы или фейковые инструменты крупных компаний для уклонения от уплаты налогов.С другой стороны - это предприниматель, который не способен сгенерировать доход, который позволит заплатить 500 гривен месячного налога. Поэтому такую деятельность нельзя считать бизнесом. Это скорее самозанятость в кризисной ситуации. На практике на одного такого предпринимателя приходится до 10 тысяч гривен выручки (не зарплаты) в месяц - это даже не 500 долларов. Европейский уровень SME по обороту на одного человека в 100 и более раз превышает то, что мы называем средним бизнесом в Украине.

На Западе еще со школы будущий бизнесмен понимает, что рынок глобальный. Если не конкурируешь на внешнем рынке или на внутреннем как части глобального, ты обречен. Соответственно у тебя должен быть глобальный продукт. У нас же к этому времени у многих предпринимателей существует восприятие, что бизнес направлен на внутренний рынок, как вот упоминаемые Павлом Шереметой кафе и парикмахерские.

Туристические генераторы
Представляю волну возмущения, мол, во Львове кафе - это генераторы развития. Согласен, но, чтобы было много кафе, нужно, чтобы город получил туристический характер и привлекал большое количество приезжих. Или – возвращаемся к «курице и яйцу» - население имеет высокий уровень доходов в других сферах, например финансовой, IT или индустриальном производстве. И те предприятия преимущественно малые и средние (по европейским стандартам – до 250 человек и до 50 млн оборота).

В моем родном Днипре и многих подобных городах туристические услуги никогда не станут преобладающим потенциалом, хотя мы стремимся достичь 1 млн туристов в год уже через 5 лет.

Стратегически кафе - это не «лицо» малого бизнеса. Что они дают с точки зрения мирового разделения труда? Высокую доходность? Возможность масштабирования и кратного роста? Экспортную экспансию и захват чужих рынков? Развитие высоких технологий? Нет, нет и нет. Конкуренция является глобальной, и бизнес должен быть глобально конкурентным. Начиная с туризма, страна стремится к переходу к высоким технологиям. Например, в Таиланде. Обратное движение, как в Греции, к моноэкономике, приводит к коллапсу.

Я никоим образом не против развития индустрии туризма, более того, на фоне общего технологического развития, комфорт, который создает этот сектор для людей, способствует дополнительному толчку к развитию бизнеса в высокомаржинальных сферах. Возьмите ІТшников – они любят оставаться не только в городах с хорошей инновационной инфраструктурой, но и с большим количеством развлекательных сервисов.

К тому же предпринимателям самим решать, чем заниматься, а этот бизнес часто является достаточно успешным. Но в бедной стране с промышленностью, которая самоуничтожается, и с новой экономикой, не имеющей оснований возникнуть, надо седовать не на дефицит кафе и ресторанов, а стимулировать развитие инновационного бизнеса. В Мюнхене, где я бывал, парикмахерские держат эмигранты из Турции, немцами отдается то, что не генерирует добавленной стоимости. И турки мечтают вырваться из этого бизнеса и заняться чем-то другим. Хотим ли мы быть такими?


Читайте срочные новости и самые интересные истории в Viber и Telegram Нового Времени.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время Бизнес, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: kolonka@nv.ua

Эксперты ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

опрос

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: