О здравом смысле и независимости центрального банка

20 апреля, 09:00
908
Цей матеріал також доступний українською

Независимость центробанка — это не распущенность и вседозволенность, а четкая процедура контроля за деятельностью эмиссионного центра и свобода операционных действий во избежание кризисов

Считается, что минимально необходимым умением любого министра финансов должна быть способность говорить «нет». А что должен говорить глава центрального (национального) банка, и с чем вообще ассоциируется слово «центробанк»? 

В сознании широких масс — исключительно с денежным станком. (Пусть это и много раз неправильно с экспертной точки зрения.) В деле монетарной политики не обойтись бинарными «да» и «нет». Ровно по той же причине, по которой помимо дефляции и гиперинфляции существуют другие инфляционные состояния. 

Ушли в прошлое те времена, когда главный казначей чеканил монету по прямому указанию суверена; скрылись за историческим поворотом годы в зажиточных государствах, когда политики легко манипулировали процентными ставками, чтобы повысить свою популярность. Мол, просто дадим народу и бизнесу низкий процент, и будет всем счастье. Счастья не получалось, особенно в 1970-е, когда то одну, то другую неслабую в экономическом плане державу захлёстывали волны двухзначной инфляции. 

Независимость как следствие устойчивости 

После этого нации всё больше стали убеждать себя в необходимости устойчивого экономического роста как залоге их богатства. Такой рост предполагает не только и не столько равномерно высокие темпы наращивания ВВП, сколько: (1) стабильные и предсказуемые темпы этого роста, (2) отсутствие экономических обвалов и масштабных пузырей, (3) стабильность финансовых институтов, (4) низкую инфляцию. Кингстонская конференция 1976 года, после которой мир стал на основы свободно колеблющихся друг к другу валют, в том числе и об этом. 

Такое положение вещей привело к росту независимости центральных банков. Их руководители стали назначаться асинхронно с политическим циклом, решения таких глав переставали играть монопольную роль — отдавая предпочтение коллективным (комитетским) голосованиям внутри центробанков. Целями эмиссионных центров стали провозглашаться общеэкономические задачи: например, низкая инфляция, поддержание высокой занятости, поддержка экономического роста. 

В самых богатых странах мира (они входят в клуб Организации экономического сотрудничества и развития или «Клуб 36») буквально за одно-два поколения миллиарды людей привыкли к низкой и стабильной инфляции. А также — к мысли, что процентные ставки по их банковским вкладам и ипотеке находятся под контролем. 

Такие разные Вашингтон и Анкара 

Уже в 2000-х глобальная инфляция стала прижиматься к отметке 3%, лишь в годы мирового кризиса ненадолго отклоняясь от такой медианы. Идея независимого центробанкинга настолько укрепилась, что в первой экономике планеты тамошнему президенту Трампу никак не удаётся склонить ФРС к снижению процентных ставок. Хотя сношает и сношает. 

Управляющие дюжиной резервных банков прекрасно осознают, что возвращение базовой ставки по федеральным фондам вплотную к нулю в нынешних условиях (экономический рост максимален за последние 13 лет, а безработица минимальна за 18-летний период) приведёт к быстрому всплеску инфляции и необходимости наращивать социальные пособия. А там придётся передать новые приветы дефициту бюджета. Так что экономическому обозревателю Стивену Муру и бизнесмену Герману Кейну ещё не одну неделю придётся пробиваться по президентской протекции в ряды совета управляющих ФРС. 

И совсем не факт, что, попав туда, они будут слепо выполнять все пожелания Белого дома. В штаб-квартире Феда срок куда дольше президентского — 14 лет, причем ротация членов происходит не одновременно, а лишь одного человека раз в два года. Просто как 7 х 2 = 14. Жизненная игра в длинную. 

Напротив, в Турецкой Республике перетягивание каната с центральным банком закончилось иначе. Банк Турции длительное время держал учётную ставку на уровне 7,5%, при этом инфляция поднималась к 10%. Президент Эрдоган настойчиво просил ставку снизить, объясняя избирателям механизм, аккурат противоположный экономическому закону — мол, чем ниже базовая ставка центробанка, тем ниже цены. Вскоре уже было не до снижения ставок: инфляция подскочила до 25%, курс лиры к доллару обвалился почти вдвое… 

Центробанку стало не до Эрдогана в частности и политиков вообще: подняв ставку до 24% годовых и предприняв ряд других мер по ограничению ликвидности, удалось и курс стабилизировать, и инфляцию сбить. Но шлейф политизированных решений пока силён: цены в Турции растут в годовом измерении на 19%. Крайне много для климата стабильного экономического роста. 

Попытки уничтожения независимости центральных банков имеют главную причину. Её зовут популизм

Независимость — это не вседозволенность 

Попытки уничтожения независимости центральных банков имеют главную причину. Её зовут популизм. И там, где институты не рушатся в течение срока каденции таких политических лидеров, стабильность удаётся отстоять. Отчасти потому, что сфера деятельности центральных банков расширилась после глобального кризиса 2007-2008 годов. Многие центробанки провели политику денежного расширения, теперь большинство из них владеет огромными портфелями государственных облигаций, одновременно контролируя финансовую индустрию. 

Наконец, тенденции последней четверти века показали, что независимость центральных банков нельзя путать с распущенностью и вседозволенностью. При всех подобных учреждениях есть наблюдательные советы. Они утверждают результаты работы в длинную (годовые отчеты, выполнение целей монетарной политики, программ финансовой стабильности и т.д.). Однако вопросы гибкости операционного управления остаются в руках комитетов центробанков и их правлений. Как правило, центральные банки подотчетны национальным парламентам и регулярно отчитываются. А назначение в такие организации на управляющие посты сопровождается большим перечнем требований к навыкам и репутации. 

Последнюю играющие в длинную (читай — строящие свои многолетние карьеры) банкстеры отнюдь терять не хотят. Потому плохо отзываются на сиюминутные настроения политиков и общественных масс. Не всегда и не везде, но в зажиточных странах обычно оказываются глуховаты. И это хороший недостаток. 

Специально для НВ Бизнес

Больше мнений — в разделе Эксперты НВ Бизнес

Диалоги о бизнесе

23 мая, в Киеве, известные предприниматели Сергей Тигипко, Пётр Чернышов, Игорь Смелянский и Дмитрий Шимкив станут спикерами лекции НВ «Диалоги о бизнесе: как преуспеть в эпоху перемен».

Записаться на лекцию