Торг уместен. Украина и Израиль договариваются делать большие деньги

15 сентября 2020, 16:00
Спецпроект
Шимон Бриман, журналист из Хайфы, демонстрирует израильские банкноты с изображением великих евреев из Украины (Фото:НВ)

Шимон Бриман, журналист из Хайфы, демонстрирует израильские банкноты с изображением великих евреев из Украины (Фото:НВ)

Для чего правительства двух стран создают общую Зону свободной торговли.

Краткая история о том, как выходцы из Украины попали на деньги в Израиле. Итак, в 2014‑м и 2017‑м израильский Центробанк провел денежную реформу и выпустил купюры с обновленным дизайном. Банкноту в 20 шекелей украсил потрет поэтессы из Полтавы Рахель Блувштейн. Она заменила собой лик первого министра иностранных дел Израиля, уроженца Херсонской области Моше Шарета. На купюру в 50 шекелей вместо писателя из Бучача (Тернопольская обл.), лауреата Нобелевской премии по литературе Шмуэля Йосефа, попал мелитопольский драматург Шауль Черниховский, первый ивритский поэт Израиля.

Хайфский журналист, историк Шимон Бриман, тоже наш человек из Харькова, рассказывает, что каждые 15−20 лет израильский Центробанк меняет дизайн на всех банкнотах — в 20, 50, 100, 200 шекелей. И вот теперь решили вместо политиков и государственных деятелей украшать деньги портретами ученых, гигантов ивритской прозы и поэзии. «А кто создавал ее в XX веке? — спрашивает Бриман и отвечает: — Выходцы из Восточной Европы. Так исторически сложилось».

Но не стоит обольщаться этим историко-лирическим реверансом. Усилий писателей и поэтов сегодня уже недостаточно, чтобы в прямом и переносном смысле делать деньги в Израиле. Тель-Авив стихам не верит.

Израильский рынок слишком тесен. На него тяжело попасть, еще тяжелее удержаться. Во-первых, потому что в Израиле все есть. Во-вторых, потому что он высококонкурентный. Половину потребностей импорта покрывают США, Китай, Германия, Италия, Бельгия, Турция. И поставляют они в основном топливо, обработанные и необработанные алмазы, высокоточную технику, наземный и водный транспорт, буровые станции. Иными словами, нас там нет.

Тем не менее не так страшен вход, как его малюют. К 2019 году усилиями украинских зернотрейдеров, металлургов, IT-специалистов, логистов, товарооборот между Украиной и Израилем практически достиг дореволюционного периода 2013‑го — свыше $ 1,1 млрд.

Из чего президент Украины Владимир Зеленский сделал вывод, что после подписания Соглашения о Зоне свободной торговли (ЗСТ) этот показатель способен взлететь до рекордных $ 2 млрд. Верховная Рада ратифицировала соглашение еще в июле 2019‑го. Израильский кнессет не сделал этого до сих пор, поясняя задержку внутренним политическим кризисом и серией внеочередных парламентских выборов. Это правда. Но не вся.

«В Израиле Украину все знают, любят, — утешает Александр Кофф, исполнительный директор Koffgroup (Израиль), — но побаиваются».

Строители капитализма

Когда в 1990‑м Вилен Ременик репатриировался из УССР, Израиль был небольшой страной с населением вдвое меньше, чем сейчас, и объемом ВВП в шесть раз ниже, чем в прошлом году. Ременику тогда было 32 года, Израилю — 42. Как первый, так и второй были молоды и бедны. Спустя 30 лет они уже не так молоды и совсем не бедны. Став израильским предпринимателем, Ременик в начале 2000‑х вернулся в Украину, построил здесь дистрибуцию, а затем и компанию ВИК-А. Сегодня это уже производство 200 дезинфицирующих и 50 моющих средств и $ 7 млн годового оборота.

Израиль тоже все это время не сидел сложа пейсы. Обустроил государство с теперешней численностью населения в две Донецких области и ВВП в три Украины — $ 387,2 млрд.

За эти годы Израиль стал третьей страной в мире по числу компаний, котирующихся на NASDAQ — американской бирже, которая специализируется на акциях высокотехнологичных компаний. Впереди только два планетарных гегемона — США и Китай.

И вот с тех пор как Ременик вернулся в Украину, он мечтает о том времени, когда две его родины — историческая и почвенная, развитая и развивающаяся — создадут прочный деловой альянс, имея на то достойный человеческий и инвестиционный ресурс. Как он сам говорит в беседе с НВ, нужен кто‑то, для кого этот проект станет делом жизни. В ином случае это имитация.

Вилен Ременик
Фото: Вилен Ременик

НА ДВА ДОМА: Вилен Ременик вернулся из Израиля в Украину 20 лет назад, чтобы здесь, на своей первой родине, основать бизнес, вести который он научился там, на второй своей родине

«Если бы меня сегодня спросили, хотел бы я этим заняться, — да. Готов ли я этим заняться — нет, — рассуждает бизнесмен. — Я не верю в успех еще при своей жизни. Путь предстоит нереальный».

И все же пусть эта игра вдолгую, но она стоит свеч. Израиль — единственная демократия на Ближнем Востоке. ВВП на душу населения один из самых высоких в мире — $ 42,8 тыс. (немногим ниже, чем в Германии, и немногим выше, чем во Франции). Рождаемость здесь вчетверо выше смертности. Средний возраст израильтян — 30,4 года (украинцев — 41,2). Средняя ожидаемая продолжительность жизни — 82,3 года. Это 14‑й показатель в мире. Для того чтобы войти в топ-10, Израилю не хватает 0,2 года. А чтобы вслед за Японией стать вторым государством по продолжительности жизни, недостает всего года. Что свидетельствует о высоком уровне развития израильской медицины. За последние 10 лет ВВП Израиля вырос на 70%, в абсолютных цифрах это $ 154 млрд, то есть примерно объем всего нынешнего ВВП Украины.

Иными словами, маленький Израиль — это большие возможности, но выход на его рынок сложен даже для своих.

Ременик признается НВ, что израильское лобби блокирует регистрацию его продукции. «Не только моей, но подобных им, — уточняет предприниматель. — Они в состоянии заплатить любую цену, лишь бы не пустить меня на рынок. У меня было три или четыре попытки войти туда, и все они провалились».

Трудности роста

В начале апреля Израиль попал в двусмысленное положение. Накануне празднования Пасхи в стране неожиданно закончились яйца. На выручку пришла Украина, в разгар пандемии отправив грузовым авиарейсом в Тель-Авив 40 тонн яиц.

«Есть много сфер, где мы можем сотрудничать, одна из них — продовольственная безопасность, — делает вывод Геннадий Надоленко, посол Украины в Израиле, выступая перед делегатами сентябрьского Киевского еврейского форума. — Во время пандемии COVID Украина буквально за считаные дни смогла поставить около 7 млн яиц на рынок Израиля».

Израиль — страна с украинскими яйцами. Недурственная афиша для любого экономического форума. Но если посмотреть на всю глубину бизнес-отношений Украины и Израиля, то становится ясно: эти яйца далеко не золотые. За последние 10 лет товарооборот между Израилем и Украиной практически не рос, а если и держался на каком‑то приличном уровне, то в основном за счет успехов зернотрейдеров и металлургов. Некий след, правда, оставила и пищевая промышленность.

«В Израиле, зайдя в магазин, можно увидеть 20 сортов [украинской] водки, 30 сортов вина, — говорит Кофф. — Есть кошерный „Рошен“. Он появился в израильских магазинах».

Александр Кофф
Фото: Александр Кофф

ГОРОД СОЛНЦА: За спиной у Александра Коффа новый символ Ашдода — первый в Израиле проект такого уровня в области так называемого кинетического искусства. С наступлением темноты эта окружность, получившая название Глаз Солнца, излучает свечение

Тем не менее Кофф понимает: на одной лишь водке заметный товарооборот не создашь, тем более на Ближнем Востоке. Согласно Индексу World Health Organization, в пересчете алкоголя на душу населения Израиль является одной из самой малопьющих стран мира. Меньше употребляют только в странах строго ислама, по сути, все соседи Израиля. Израиль мало пьет, но много ест. Но ест Израиль то, что сам и выращивает.

«На ностальгирующем товаре мы не выедем, — остроумно отмечает Наталия Микольская, замминистра экономического развития и торговый представитель Украины (2015−2018). — Очень мало нашего среднего бизнеса на этот рынок пробивается и выходит».

Кофф не последний, кто это тоже заметил, и один из первых, кто взялся исправлять такое положение вещей. Из Украины он стал завозить крупы, подсол­нечник, но что еще важнее — профильное оборудование. Например, машины для очистки и калибровки зерен, которые производит украинская компания «Аэромех». «Они хорошо, качественно сделаны, — хвастается израильский бизнесмен своей украинской находкой. — Если есть компании в Украине, которые предлагают конкурентный по цене и качеству товар, мы готовы на любые предложения. В Украине много интересного оборудования».

Но этот пример, хоть и заразителен, — скорее исключение из правил, чем само правило. Украина для Израиля все еще территория terra incognitа. И это не вина Израиля.

«Убедить [израильский] бизнес, что украинский конечный продукт качественный, очень тяжело, — подтверждает Ременик. — Они же смотрят телевизор. И что они там слышат и видят из Украины? Коррупция. Скандалы. В Израиле все сидят на новостях. Это связано с постоянной жизнью на кратере вулкана. Все привыкли смотреть, слушать, верить СМИ».

Успешно и продуктивно Украина продает в Израиль лишь зерно и черные металлы. Просто потому, что это биржевой или безымянный товар. Его происхождение для потребителя не имеет значения. Значение имеет только логистика и рыночная стоимость. Обе величины непостоянные.

«Украина выступает в качестве поставщика сырья, — подхватывает Евгений Проскуликов, маркетинг-директор Quattrgroup, израильско-украинской группы компаний. — Вместе с тем украинские программисты весьма востребованы в Израиле».

Проще говоря, идет охота на мозги — главное сырье XXI века. Что, безусловно, делает Украине честь, а Израилю деньги. Чтобы когда‑нибудь стало наоборот, украинцам следует вырваться из заколдованного круга, куда мы сами себя и поместили.

В зоне особого внимания

В Украине израильская продукция представлена еще скромнее, чем украинская в Израиле. «В Сільпо есть стойка и крошечный магазин „Косметика из Израиля“, — говорит Ременик. — Правда, очень много строительных проектов, девелоперских, за которыми стоят израильтяне».

Проскуликов как раз и занят тем, что ищет возможность для израильских инвестиций в жилую и коммерческую недвижимость, IT, Health Care, FMCG и т. п. Это нелегкий хлеб. «Мы понимаем, что израильтяне в большинстве своем не ищут готовых решений, так как сами хорошо разрабатывают инновации, — говорит он. — Но они нуждаются в технологических экспертах, чей опыт поможет воплотить инновационные решения в жизнь».

Пожалуй, один из самых заметных следов в украинской действительности хочет и может оставить израильская компания Netafim, крупнейший мировой производитель систем орошения. Годовой оборот ее 18 заводов в 115 странах — $ 1,4 млрд. С 2009‑го израильский гигант работает и на юге Украины, где климатические условия из‑за засухи все ближе к израильской пустыне Негев. А значит, вопрос систем орошения, технологий Digital Farming здесь вопрос жизни и смерти.

Сейчас Сергей Савранский, директор «Нетафим Украина», с особым нетерпением ожидает, когда Израиль ратифицирует договор о ЗСТ с Украиной, которая по примеру ЗСТ с ЕС приведет к упрощению импорта технологий и оборудования, критически важного для развития и даже спасения сельского хозяйства в Украине.

На настальгирующем товаре мы не выедем. Очень мало нашего среднего бизнеса на тот рынок пробивается и выходит, — Наталия Микольская, замминистра экономического развития Украины (2015−2018)

«ЗСТ с Израилем значительно упростит все процессы поставок, а также уменьшит налоговую нагрузку, — говорит Савранский. — Оборудование станет более доступным по цене».

Расчет на то, что вступление в силу соглашения о ЗСТ между Киевом и Иерусалимом станет точкой прорыва для передвижения идей, людей и капитала, тревожит не только сельскохозяйственные умы. Выиграет вся промышленность и бизнес всех уровней, надеется Проскуликов. Он же поясняет суть этого долгожданного режима. Фактически полная отмена ввозных пошлин со стороны Израиля на 80% промышленных и 9,2% сельскохозяйственных товаров (со стороны Украины соответственно 70% и 6,8%). Для Украины это упрощение ввоза агропродукции и металлов, древесины и изделий из нее; для Израиля — драгоценных металлов, химической продукции, приборов и аппаратов. При экспорте в Израиль для украинских производителей мяса птицы, молочных продуктов, яиц, меда, пшеницы, подсолнечного масла, вина будут действовать тарифные квоты с нулевой пошлиной, а для некоторых продуктов — снижение пошлины на 10−50%.

«Осуществление коммерческой деятельности значительно упростится, особенно с точки зрения логистики», — поясняет Проскуликов. Что еще важнее, то есть заметнее с точки зрения экономического эффекта от запуска ЗСТ, так это возможность применить положения Конвенции Пан-Евро-Мед. Суть конвенции, которую подписали более 10 стран, в том числе и ЕС, заключается в том, что нулевые ставки и прочие преференции распространяются на всех участников. А значит, Украина становится привлекательной стороной в производственной цепочке между странами ЕС и примыкающего к нему мира. «Мы сможем закупать сырье или комплектующие у одной из участвующих сторон конвенции, а готовую продукцию экспортировать другой стороне конвенции без уплаты пошлины или по заниженной ставке», — разъясняет Проскуликов.

Чем больше соглашений о ЗСТ с самыми разными рынками мира подпишет Украина, тем больше будет экономический эффект от Конвенции Пан-Евро-Мед, к которой Украина присоединилась в январе 2019‑го.

«Договор о Зоне свободной торговли [с Израилем] нам выгоден, — заключает Микольская. — Израиль — наш стратегический и исторический рынок. Только чтобы этот договор начал работать, недостаточно ждать его ратификации — нужно заниматься продвижением на рынок Израиля новых товаров».

Читайте также другие статьи спецпроекта «Шалом, Украина»

Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

poster
Картина деловой недели

Еженедельная рассылка главных новостей бизнеса и финансов

Рассылка отправляется по субботам

Показать ещё новости
Радіо НВ
X