Тест системы. Топ-менеджер Синэво об антителах к COVID-19, теневых гонорарах врачей, медицинском бизнесе и медреформе в Украине

10 июня 2020, 10:02
НВ Премиум

Николай Скавронский, коммерческий директор сети Синэво — о первых результатах тестирования на иммунитет к коронавирусу, реальных доходах врачей и том, как государство сбивает бизнес на взлете

Пандемия обнажила массу проблем в украинском здравоохранении. Государственная медицина оказалась не готова к борьбе с новым вирусом COVID-19, частные клиники не спешат массово лечить украинцев и проводить ПЦР-тесты. Вопреки прогнозам, во время карантина пациенты не стали обращаться в частные лаборатории чаще. Накануне ослабления карантинных мер коммерческий директор сети медицинских лабораторий Синэво Николай Скавронский в интервью НВ Бизнес рассказал о первых результатах тестирования на иммунитет к коронавирусу, причинах негативных отзывов о точности тестов в Синэво, выручке компании во время пандемии, теневых заработках врачей и о том, как частные лаборатории убрали от медреформы.

Видео дня

Чиновники не хотят оставлять следов

В этом году Украина, как и весь мир, столкнулась с вызовом — эпидемией коронавируса. Некоторые частные лаборатории стали проводить тесты на коронавирус, но не Синэво. Почему?

Хороший и правильный вопрос. Если бы вы его задали в конце марта — начале апреля, я бы не стал отвечать. Сейчас могу рассказать. Когда в Украину пришел коронавирус, наши чиновники впопыхах внесли его в список так называемых «особо опасных инфекций». Туда же входит чума, холера, настоящая, а не ветряная оспа. Работать с такого рода патогенами могут только лаборатории со специальным первым или вторым уровнем аккредитации, которые обладают специальными помещениями, оборудованием. У частных лабораторий — третий и четвертый уровень аккредитации. Они не могут работать с такого рода патогенами.

Государство, судя по всему, поняло, что не совсем справляется, и призывало частные лаборатории принять участие в диагностике коронавируса. Тогда нужно изменить приказ. Но нет. На каком основании нам проводить тестирование? Через год к нам придет прокуратура и спросит, почему проводили эти тесты. И что мы скажем?

За все время эпидемии коронавируса мы написали в государственные органы по этому и другим вопросам восемь писем с требованием предоставить разъяснения. Ответов получили ноль. Никто не хочет оставлять никаких документальных следов. В этой ситуации мы как иностранная компания, работающая легально, торгующаяся на бирже, мы просто не можем входить в заведомо нелегальный рынок.

Попутно у нас есть технологическая проблема. Для проведения подобных типов тестов мы используем закрытые системы американской фирмы Abbott. Туда можно вставлять только реагенты компании-производителя, и мы вынуждены были ждать, когда они будут разработаны. В конце марта Abbott их создали, но в США пришел коронавирус. Естественно, компания вынуждена была насытить сначала собственный рынок. Мы не смогли получить эти реагенты.

Думаете ли о том, чтобы все же проводить ПЦР-тесты? Спрос на них будет расти?

Я в этом бизнесе уже 18 лет и все это время объяснял людям разницу между тестами на антитела и ПЦР. Никто все равно не понимал. За два месяца вся страна выучила разницу лучше, чем таблицу умножения. Это же гениально.

Возвращаясь к вашему вопросу. С ПЦР-тестами мы не вошли в этот рынок. И сейчас это тестирование становится неактуальным. Основной пик проходит и уже понятно, что в Украине не будет большого количества заболевших. Мы теперь фокусируемся на работе с антителами.

Антитела

Синэво уже начала проводить тестирование на иммунитет к коронавирусу. Сколько тест-систем компания планирует закупить?

Мы действительно разместили заказы у крупных компаний на покупку реагентов для этого теста больше месяца назад. И столкнулись с тем, что Украину воспринимают как страну третьего мира. Они отгружают нам системы для определения антител IgG после того, как насытят свой рынок.

Чем антитела IgA, IgM и IgG отличаются друг от друга? Если кратко. Антитела IgG показывают, что иммунитет уже выработался. Антитела IgM и IgA, так называемые острофазовые, организм вырабатывает в тот момент, когда борется с инфекцией прямо сейчас. Поэтому антитела IgM появляются на третий-пятый день после начала болезни, антитела IgA — с десятого, и потом через две недели — исчезают.

Мы завезли реагенты на антитела IgG, чтобы посмотреть, какой иммунитет у популяции.

В мире существуют разные данные по этому поводу. В Чехии, например, провели массовое тестирование и выяснили, что только у 5% населения есть антитела к коронавирусу. То есть в стране нет коллективного иммунитета. В небольшом немецком городке переболело 10% жителей. В России — 15%. В Нью-Йорке у 20% населения есть иммунитет, и это хороший показатель.

Первые отгрузки реагентов оказались небольшими и составили 4−5 тыс. тестов. Мы считаем, что до конца года сможем продать до 100 тыс. тестов. Если бы мы сотрудничали с государством, то эта цифра могла бы быть еще больше. Но я не верю в это.

Стоимость теста составляет 600 грн. Когда пойдут последующие поставки, я надеюсь, что мы сможем удешевить их до 500 грн. Наша модель бизнеса — это невысокая маржа. Прибыль мы получаем от большого количества проданных тестов.

В некоторых странах существуют версии о том, что коронавирус пришел к ним гораздо раньше, чем принято считать. Может ли тест на антитела IgG показать, что человек болел, к примеру, в ноябре прошлого года?

Если говорить про иммунитет к коронавирусу, то сейчас большая часть информации по этому поводу слишком свежая и горячая. Не было многолетних исследований и наблюдений, поэтому каждую неделю можем получать какие-то новые данные. Есть мнение, что иммунитет достаточно стойкий на несколько лет. Никто сейчас не говорит, что он пожизненный.

Я находил информацию о том, что в некоторых странах эксгумировали людей, которые умерли от двухсторонней пневмонии за три-четыре месяца до появления первого официального пациента в стране — и выяснялось, что у них был коронавирус. Если я правильно помню, то во Франции нашли такого погибшего в сентябре или октябре, задолго до начала пандемии в Европе. Тут сложно сказать, умирали ли люди от коронавируса или от других болезней.

Вы проводите тесты на антитела IgG уже больше недели. Какие первые результаты?

За первую неделю тестирования мы выполнили около 2 тыс. тестов. Из этих 2 тысяч тестов процент положительных антител IgG оказался крайне незначительным. То есть, пока что мы видим, что число людей, которые переболели и имеют иммунитет, крайне невелико.

Конечно, выборка пока очень мала, чтобы делать какие-то окончательные выводы, и мы активно продолжаем тестирование. Но первые результаты дают нам возможность предполагать, что общий уровень коллективного иммунитета по стране пока очень низкий.

Насколько достоверны государственные данные по количеству заболевших и смертности?

Я думаю, что украинской статистике летальности можно доверять. Скрыть смерть человека физически невозможно. Этой цифрой сложно манипулировать. Но если мы говорим о медицинской статистике в широком смысле этого слова, у меня к ней есть много вопросов. В течение десятилетий она всячески фальсифицировалась, накручивалась, приписывалась, был полный хаос. И предположить, что с начала 2020 года все станет хорошо и правдиво… Я предполагаю, что определенные погрешности присутствуют.

Если бы мы обсуждали конспирологическую версию, я бы сказал, что любое государство заинтересовано занижать или размазывать статистику. В России, думаю, гораздо больше возможностей для этого. Потому что им надо показать, что «режим» хороший. Надо ли менять статистику в Украине, чтобы добиваться каких-то целей? Я пока не знаю.

Коммерческий директор сети медицинских лабораторий Синэво Николай Скавронский (Фото: Пресс-служба Синэво)
Коммерческий директор сети медицинских лабораторий Синэво Николай Скавронский / Фото: Пресс-служба Синэво

Как карантин отразился на бизнесе Синэво?

Первые недели после наступления карантина — это было неимоверно тяжелое время для бизнеса. Многие считали, что наступает наш звездный час и лаборатории сейчас заработают, но наша выручка сократилась на 70%. К концу апреля потери снизились до 60%. В мае продажи снизились на 30% по сравнению с аналогичным месяцем прошлом года.

О чем говорят эти показатели для огромной компании, в которой трудится 2,5 тысячи сотрудников? У которой только одних площадей арендованных помещений — не меньше трех стадионов. Для нас — это огромный удар.

Много людей спрашивает у меня, почему же мы не пошли в диагностику коронавируса и раньше на стали проводить тестирование на антитела. Но даже, если бы мы вошли в эту историю, наши потери составили бы не минус 70% от прошлогодней выручки, а 65%. К примеру, мы бы сделали 10 тыс. ПЦР-тестов за апрель и продали бы их по 1,5 тыс. грн. Никак бы нам это не помогло. Люди не до конца это понимают, но размер бизнеса нашей компании таков, что нам нужна нормально работающая страна с нормальной экономикой. Вот, где наш бизнес. В какой-то степени мы были готовы помогать государству бороться с коронавирусом бесплатно. Наша выгода — очевидна. Если бы страна вышла бы из карантина на неделю раньше, то мы на этом заработали гораздо больше, чем потратили на бесплатное тестирование.

В Украине ослабляют карантин. Как это отражается на бизнесе компании?

В стране началось ослабление карантина после того, как вышло расследование по Велюру. В тот момент огромное количество граждан поняли, что их «развели как котят». К нам стали возвращаться люди. Они сами себя вывели из карантина и самоизоляции. Сразу после этого появились пробки на дорогах, люди вышли в парки, мы увидели сумасшедшие очереди на McDrive.


Присоединяйтесь к нам в соцсетях Facebook, Telegram и Instagram.

Показать ещё новости
Радіо НВ
X