Эксперты

13 августа, 12:32

Эксклюзив НВ

Как Украине вернуть и удержать таланты

Катерина Осадчук

СЕО Indigo Tech Recruiters, психолог

Еще до войны у Украины был демографический кризис, умноженный на отток квалифицированных специалистов за границу. Из-за войны эта проблема обострилась. Что поможет Украине сохранить основной капитал — людей в долгосрочной перспективе?

В Украине ежегодно фиксируется негативный прирост населения, то есть показатели смертности превышают рождаемость. Простыми словами, украинцев становится меньше. В 2021 году, по оценкам Института демографии и социальных исследований, количество трудовых мигрантов составляло 2,5−3 млн.

По данным ООН по состоянию на 19 июля, с начала полномасштабной войны из Украины выехало более 9,5 млн человек, 3,7 млн — оформили временную защиту в странах Европы, вернулись — около 3,8 млн.

Среди украинцев, выехавших за границу, большинство готово вернуться домой, когда завершатся боевые действия и улучшится ситуация с безопасностью. Например, по данным Агентства ООН по делам беженцев, таких — две трети прос провели среди украинцев, ныне находящихся в Чехии, Венгрии, Молдове, Польше, Румынии и Словакии).

По данным другого опроса, проведенного Киевским международным институтом социологии по заказу CASE Украина, украинцы считают безопасным сценарий, по которому не просто завершатся боевые действия. 84−85% респондентов отметили, что готовы планировать будущее детей в Украине в случае капитуляции и разоружения России, вступления Украины в НАТО или получения гарантий безопасности от других государств.

Однако, поскольку сценарии и продолжительность развития войны в Украине невозможно предсказать, высока вероятность того, что многие люди к тому времени интегрируются в новые общества и будут строить дальнейшую жизнь там.

Квалифицированные специалисты найдут работу за границей

Многие европейские страны создали условия для упрощенного найма украинцев, выехавших из-за войны. В то же время, например, по данным опроса work.ua, нашли работу только 39% тех, кто ее искал. Да, украинцы при трудоустройстве сталкиваются с рядом преград — кто-то вынужден соглашаться на дауншифтинг, кто-то не может претендовать на работу по специальности из-за языкового барьера, конкуренция за рабочие места в странах Европы в целом высока. Но это вопрос времени: люди с проактивной позицией при необходимости найдут возможность реализоваться, даже если придется овладеть новой профессией или запустить собственный бизнес.

Работу найдут как высококвалифицированные специалисты и менеджеры, так и рабочие, например, на производстве, в аграрной отрасли, сфере сервиса, гостеприимства и общественного питания. Следовательно, чем дольше длится война, тем более вероятно, что все отрасли украинской экономики будут терять «мозги» и «руки».

Кроме продолжительности войны и безопасности, люди будут учитывать, есть ли дома по крайней мере базовые условия для жизни: работа, жилье, учебные заведения для детей. Учитывая, как много предприятий, домов, школ и других объектов инфраструктуры физически разрушены в результате российской агрессии, восстановление будет отдельным вызовом.

До полномасштабной войны миграция в Украине была распространенным явлением, однако ее характер был совсем другим — маятниковым и сезонным, то есть чаще люди ехали за границу работать, возвращались домой и привозили большую долю заработанного с собой. В настоящее время те, кто выехал за границу, в большинстве своем не могут назвать точных сроков и планов по возвращению.

Добавим тот факт, что уехавшие за границу украинцы во многих странах Европы через полгода пребывания оказываются перед риском двойного налогообложения — и неизвестно, какая часть из них выберет стать налоговым резидентом нового государства.

В настоящее время в Украине законодательно ограничен выезд за границу мужчин призывного возраста. Именно поэтому переехали, прежде всего, женщины — одни или с детьми. Но что произойдет, когда границы откроются? Часть женщин и детей вернется к своим мужьям и родителям в Украину. А часть мужчин, напротив, поедут в новые страны к женам и детям, которые успеют обосноваться там. В частности, релоцируются многие IT-специалисты — но не только. Какова будет эта «пропорция» — спрогнозировать невозможно.

Количество молодежи уменьшится

До войны среди IT-рекрутеров была шутка, что джунов скоро будут «вербовать» из роддомов. Все отрасли украинской экономики нуждались в молодых специалистах, а в IT спрос опережал предложение в разы. Бизнесы сотрудничали с вузами и даже школами, чтобы нанимать мотивированных новичков, и готовы были инвестировать средства в их развитие.

Сейчас из-за войны в Украине ситуация иная: вакансий стало меньше, прежде всего, джуниор-позиций. Однако так будет не всегда. Кому же мы будем предлагать джоб-оферы?

По оценкам UNICEF, до 50% всех выехавших из Украины во время полномасштабной войны — это дети. И их родители сейчас заботятся не только о собственном благополучии. Дети уже пошли в школы в странах пребывания, и многим нравятся тамошние системы образования — несмотря на стресс, маленькие украинцы адаптируются в новых коллективах и учат язык. Несмотря на войну, вступительная кампания в украинские вузы в этом году не отменяется, ее планируется провести по упрощенной процедуре. Однако многие ученики старших классов уже выбирают себе учебные заведения за границей.

В этом можно увидеть возможность и потенциал — если молодые и талантливые вернутся домой, аккумулировав знания из заведений по всему миру, чтобы приносить пользу Родине. Например, такова была одна из составляющих сингапурского «экономического чуда», о котором его «соавтор», первый премьер-министр Ли Куан Ю писал в своей книге «Из третьего мира в первый». Талантливейшие выпускники школ получали гранты и стипендии от государства на обучение в лучших университетах Великобритании, Канады, Австралии, Новой Зеландии, Германии, Франции, Италии, Японии и США. А потом возвращались строить свою экономику с этим бесценным бэкграундом. Однако здесь важны два фактора: государство поддерживало свою талантливую молодежь, и пока они учились — создавало условия для развития предпринимательства.

Если молодые украинцы не будут чувствовать поддержки и не увидят интересные возможности в Украине — за несколько лет обучения они интегрируются в новые сообщества за рубежом и найдут работу там, и наша экономика потеряет их надолго, а то и навсегда.

Талантам нужны рабочие места, а их не хватает

Сейчас в Украине — бум спроса на обучение IT. Мотивация овладеть этой профессией ясна: она востребована даже в кризисные времена, предполагает гибкость, возможность работать удаленно и дополнительно зарабатывать на фрилансе. Возможности обучения есть, в том числе бесплатные. К примеру, Министерство цифровой трансформации инициировало образовательный проект IT Generation, а на программу IT Fundamentals for Ukrainian switchers от EPAM University подалось в 10 раз больше желающих, чем на отдельные курсы до войны.

В то же время, после получения образования перед выпускниками этих и других программ встанет вопрос трудоустройства. И если еще год назад те же технологические бизнесы были готовы нанимать новичков с базовыми скиллами и инвестировать в их дальнейшее развитие, сейчас на это не хватает средств. Вакансий для джунов стало меньше, как и рабочих мест в Украине в целом. Например, по данным Djinni, с мая IT-кандидатов стало на 9 000 больше, вакансий — на 2 000 меньше. За год до полномасштабной войны ситуация была противоположной: вакансий на ресурсе было вдвое больше, чем кандидатов (20 000+ и 10 000+ соответственно).

Найти работу можно и на зарубежных рынках. Но сейчас стоит учесть: найм украинских специалистов, несмотря на признанную ценность на глобальном рынке, несколько замедлились. Компании учитывают риски, вызванные войной (например, такие как мобилизация и нестабильность валютного регулирования), и оценивают, могут ли команды оставаться результативными в сверхсложных условиях. И это в технологическом секторе, относительно стабильном и менее зависимом от локального рынка. К примеру, за первый квартал 2022 года IT-отрасль Украины обеспечила рекордные $2 млрд экспортных поступлений (+28% по сравнению с прошлым годом).

В других отраслях обстоятельства еще более тяжелые. Более или менее устойчивы прежде всего направления, которые являются критическими для обеспечения жизни: производство и продажа продуктов и товаров первой необходимости, фармацевтика, агропромышленность, логистика и т. д. Но, по данным Международной организации труда, с начала полномасштабного вторжения Украина потеряла около 4,8 млн рабочих мест. Джоб-сайты отмечают, что количество вакансий после почти полной остановки рынка труда увеличивается, но медленно. Например, по данным robota.ua, в июне количество вакансий превысило четверть от того, которое было до полномасштабной войны, а резюме — почти достигло довоенных показателей. Ужесточение конкуренции за рабочие места очевидно — в Украине сформировался рынок работодателя. 60% компаний снижают темпы набора персонала или вообще останавливают рекрутинг до конца года (прежде всего такие направления, как банки, ретейл, производство, маркетинг и развлечения).

Чем дольше будет продолжаться война — тем болезненнее будут экономические потери. По данным Национального банка, треть руководители компаний в Украине ожидают сокращения в командах, 15% — зарплат. Что закономерно, учитывая прогнозируемые Всемирным банком 45% сокращение ВВП и 15−20% инфляцию из-за вторжения России.

Как мы примем вызов?

Стимулировать рождаемость — звучит почти фантастически в нынешних условиях. И если государственная политика в этом направлении заработает — это стратегический план на десятилетие. Поэтому, прежде всего, стоит думать о том, как вернуть таланты в Украину и сохранить их.

Во-первых, мы должны искоренять коррупцию, проводить реформы и создавать условия для бизнеса. Условия, при которых украинским предпринимателям будет выгодно отстраивать, открывать и вести бизнес здесь. Инвесторам из-за границы нужны ясные и прозрачные правила игры, чтобы вкладывать средства в Украину. Это создаст рабочие места и возможности развития, которые вернут людей домой.

Украинский бизнес, ставший бок о бок с государством в борьбе с агрессором, нуждается в выгодных налоговых условиях. Иначе все больше компаний будет релоцироваться за границу. Например, из-за фиксированного валютного курса НБУ в отраслях, ориентированных на экспорт, терялось до трети валютной выручки, из-за чего убытки несли и специалисты, и бизнесы, и государственный бюджет. Однако 21 июля Нацбанк зафиксировал новый официальный курс (36,5686 грн/долл.): для IT и других отраслей, ориентированных на международный рынок, это позитивное решение.

Во-вторых, трансформировать систему образования. Мы должны искать свой путь, но можем использовать успешный международный опыт, заимствовать успешные практики в школах и вузах Швеции, Великобритании, Финляндии и других государств. К примеру, в Швейцарии профессиональная ориентация начинается еще со школы. Учитываются талант ребенка к определенному виду деятельности и успехи в обучении по направлениям. Есть классы «А» (рабочие специальности), «Е» ( экономика и информатика, претенденты на обучение в колледжах) и «Р» (кандидаты на обучение в вузах). В категорию «Р» входит около 20% учащихся, и они посвящают обучению столько времени в день, сколько взрослый человек — работе. Благодаря этому рынок труда сбалансирован, а уровень безработицы составляет всего 2−3,7%.

Государство и компании должны сотрудничать, чтобы адаптировать систему образования, делать ее конкурентоспособной и отвечающей практическим потребностям бизнеса. В Украине уже есть такие инициативы по многим направлениям — от технологического до аграрного и фармацевтического, и их необходимо усиливать.

В третьих, поддерживать реабилитацию украинцев от последствий войны. Речь идет прежде всего о нескольких группах людей: участниках боевых действий и людях, получающих физические и психические травмы. В этом направлении необходим ряд программ и инициатив. В частности, по реабилитации (физической и психической). Интеграции в компании людей с инвалидностью, в частности, полученной в результате войны. Возможности обучения и переквалификации ветеранов и потерявших работу из-за кризиса для возвращения на рынок труда. Новые акценты в работе с персоналом — например, бизнесам придется уделить больше внимания программам поддержки психического здоровья, а менеджерам — учиться распознавать признаки ПТСР, чтобы помогать людям вовремя получить профессиональную помощь. И множество других программ — например, по построению и предоставлению нового жилья людям, потерявшим свое из-за войны.

В-четвертых, создавать миграционную политику, чтобы привлекать в Украину таланты из-за границы. Это станет возможным уже после победы и потребует создания условий, при которых людям будет интересно и выгодно жить и работать в Украине. В частности, речь идет о возможностях предпринимательской деятельности и налоговых условиях.

По оценкам UNICEF, до 50% всех выехавших из Украины во время полномасштабной войны — это дети

В Украине кризис обострен войной, однако в целом следует понимать, что «будет трясти» глобальный рынок — поэтому вполне безопасное и стабильное место скорее миф. Украина имеет потенциал не только восстановиться, но и совершить прорыв в развитии. Однако для государства и бизнесов удержание талантов должно стать стратегическим направлением. В том числе и интеллектоемких и креативных индустрий, таких как IT-сфера. Обычно факторами, способствующими этому, является высокий уровень жизни, включающий прежде всего физическую безопасность. К сожалению, пока мы не можем гарантировать этого из-за войны. Однако уже сейчас, еще на пути к победе, должны конструировать будущее — только так мы сможем его построить.

Сейчас Украина является мировым брендом. Символ смелости, решительности и свободы. У нас есть беспрецедентное доверие и перспектива получения экономической помощи на восстановление. Но вместе с этим — и беспрецедентную ответственность, прежде всего, перед своими людьми, которую должны реализовать вместе в триаде: государство, бизнес, украинцы.

Другие новости

Все новости