Телеком / IT / Медиа

16 октября 2021, 18:27

Профайл
НВ Премиум

GitLab и Украина. Кто такой Дмитрий Запорожец и как ему удалось построить стартап с капитализацией $15 миллиардов

Компания GitLab 14 октября провела IPO в США. Спустя сутки ее капитализация достигала $16,4 млрд. Как opensource-проект украинцев Дмитрия Запорожца и Валерия Сизова превратился в компанию со штатом в 1400 сотрудников в 65 странах?

НВ Бизнес рассказывает историю создания и развития GitLab, среди создателей которой есть участники рейтинга Топ-100 богатейших украинцев от НВ и Dragon Capital.

«Домашний проект»

GitLab — это платформа для удаленной совместной разработки с открытым исходным кодом, представляющая систему управления репозиториями кода для Git с собственной вики, системой отслеживания ошибок и другими функциями.

Среди клиентов компании с украинскими корнями — IBM, Sony, NASA, T-Mobile, Goldman Sachs и многие другие. Платформа доступна бесплатно для частных пользователей, а монетизируется за счет консультаций, настройки и продажи лицензий для коммерческого использования. Платные подписки стоят $19 в месяц ($228 в год) и $99 в месяц ($1188 в год) за одного пользователя. По подсчетам Forbes, более 380 компаний платят GitLab более $100 000 в год.

Подпишитесь, чтобы прочитать целиком

Нам необходима ваша поддержка, чтобы заниматься качественной журналистикой

Подписаться
Первый месяц 1 ₴. Отписаться можно в любой момент

GitLab как проект начался 8 октября 2011 с этого коммита. Официальная история компании гласит, что в доме Дмитрия Запорожца не было водопровода, но «Дмитрий считал отсутствие отличного инструмента для совместной работы большей проблемой, чем его ежедневная поездка к коммунальному колодцу», поэтому и принялся за разработку сервиса.

На момент создания GitLab, пишет Forbes, Запорожец и его партнер Валерий Сизов работали в небольшой аутсорс-компании и нуждались в инструменте, с помощью которого можно было держать репозитории с кодом на локальном хранилище и удобно вести совместную разработку. Использовать популярный GitHub многим компаниям запрещали внутренние политики, а адекватной альтернативы ему просто не было. Вначале GitLab был хобби Запорожца, который никак не окупался: создатели пробовали собирать донаты, но даже в лучший месяц пожертвования пользователей не превышали $100.

Особого интереса у украинских инвесторов opensource-продукт Запорожца также не вызвал. Как рассказывал сам создатель GitLab в 2018 году, он «разговаривал с парой человек еще в самом начале», но стороны не нашли общий язык

«Я инженер, я написал продукт. Мне нужны были не просто деньги, а люди с деньгами, которые помогли бы масштабировать проект, занялись бы бизнес-частью. Проблема была еще и в том, что шесть лет назад у меня вообще не было никакого нетворка, я никого не знал и толком не понимал, где эти самые деньги искать […]. К тому же я делал opensource-продукт, это многих отпугивало. Все это сложилось вместе, и поначалу с поиском инвестиций было трудно», — говорил Запорожец в интервью AIN.

Человек, который занялся бизнес-частью, нашелся в Нидерландах. В 2012 голландский предприниматель Сид Сибранди, который успел поработать в компании по производству субмарин, запустить стартап для сбора отзывов на приложения и поуправлять веб-проектами Министерства юстиции Нидерландов, впервые увидел GitLab. Официальная история компании гласит, что, будучи программистом на языке программирования Ruby, он проверил исходный код и был впечатлен его качеством на GitLab. У Сибранди возникла идея монетизировать проект. В своем посте на Hacker News он спросил, заинтересованы ли пользователи в использовании GitLab.com, и сотни людей подписались на бета-версию. В том же году Сибранди написал письмо Запорожцу, в котором поблагодарил за продукт и рассказал, что собирается открыть SaaS-компанию (software as a service — программное обеспечение как услуга) «и использовать GitLab» (это не противоречило интересам создателей и условиям opensource-лицензии MIT, на которой работал проект). В письме Сибранди добавил, что на проекте (в том виде, в котором он был тогда) Запорожец заработать не сможет.

Уже в 2013 Сибранди и Запорожец заключили «партнерство на словах», которое через год оформили юридически.

Команда GitLab празднует начало торгов акциями на биржевой площадке Nasdaq / Фото: GitLab

Для сторон это было взаимовыгодное сотрудничество — с 2013 года крупные компании, использующие GitLab, просили Сида добавить необходимые им функции, а Дмитрий «перегорел» текущими проектами и заявил, что хочет работать над GitLab на постоянной основе. В 2013 Сид и Дмитрий представили GitLab Enterprise Edition с функциями, которых не хватало крупным компаниям.

«Душа лежала к GitLab, но были проблемы с финансами. Я написал в Twitter, что устал и хочу работать над GitLab фултайм. Через какое-то время получаю письмо от Сида, в котором он предлагает мне за зарплату работать над GitLab и помогать ему с его компанией. В январе 2013 года я стал полностью посвящать время нашему проекту и с тех пор живу на две страны: Украину и Нидерланды», — вспоминал Дмитрий в публикации на AIN.

В 2014 GitLab стала компанией: Дмитрий Запорожец стал СТО стартапа, а Сид Сибранди — СЕО. Валерий Сизов присоединится к коллективу как разработчик.

Y Combinator и философия компании

В 2014 году GitLab была официально зарегистрирована как общество с ограниченной ответственностью, а уже в конце года компания подала заявку в один из лучших в мире стартап-акселераторов — Y Combinator — и успешно прошла отбор. К марту-2015 Дмитрий и Сид закончили обучение в этом бизнес-инкубаторе. Из-за дороговизны жилья в Калифронии, вместе с основателями проекта в одном доме жило еще восемь человек из GitLab — практически вся команда проекта на тот момент.

«Y Combinator очень помог нам с фокусом и подходом: у вас есть цифра, фокусируйтесь на ней, know your numbers. Помогли тем, что постоянно толкали вперед: раньше лучше, чем позже, неважно как. Когда все вокруг — предприниматели, все творят безумные вещи, нужно быстро расти, проникаешься совсем другим майндсетом. Выше, быстрее, сильнее», — делился воспоминаниями Дмитрий.

Компания изначально развивалась по модели «полной удаленки» — сотрудники, разбросанные по десяткам стран, собираются вместе лишь раз в году. Гендиректор GitLab Сид Сибранди рассказывал Forbes, что «проблема не в дистанционной работе как таковой, а в том, как ее организовать». Похоже, у него получилось. Во многом — благодаря беспрецедентной прозрачности процессов в компании. Так у GitLab есть огромный онлайн-справочник, где описаны практически все вопросы, которые могут возникнуть в процессе работы в компании — от стратегических целей стартапа и протоколов встреч, до подсказок, как разговаривать с Сибранди и информации о его коте.

«Если вам каждый раз приходится ждать чьего-либо разрешения или отмашки на выполнение работ, то это проблема», — рассказывал голландский предприниматель.

К слову, несмотря на отсутствие централизованного офиса, практически в каждой стране, где в GitLab есть сотрудники, компания представлена юридически.

«В каждой локации, где больше 2−3 людей [работают в GitLab], мы открываем небольшую компанию, чтобы всем платить зарплату и с этим не было проблем», — объяснял Дмитрий Запорожец.

Инвесторы, рассказывал Запорожец в 2018 году, не видят в «удаленке» проблемы:

«Они видят, что за счет отсутствия платы по аренде, мы можем сэкономить. Снять офис где-то в Калифорнии может стоить несколько миллионов — у нас этих расходов нет. А поскольку нет офисов, то мы свободны для того, чтобы нанимать людей по всему миру», — объяснял сооснователь GitLab. Он отмечал, что несмотря на отсутствие офисов, у стартапа — «полноценная структура большой компании».

Интерес инвесторов

Международные инвесторы действительно не оставляли проект без внимания. По данным Crunchbase, за свою историю GitLab собрал в общей сложности $414,9 миллиона финансирования за 11 раундов от 29 инвесторов.

Уже в 2015 году GitLab привлекла первые средства — $1,5 миллиона в seed-раунде и $4 млн в раунде серии А (от Khosla Ventures).

В 2016 году количество контрибьюторов GitLab превысило 1000 человек, а GitLab использовали более 100 тысяч организаций и миллионы пользователей. Команда выросла со 100 человек до более 140. В сентябре 2016 GitLab объявил о привлечении $20 миллионов в рамках раунда финансирования B. В проект инвестировали August Capital, Khosla Ventures и Y Combinator.

В 2017 году GitLab привлек еще $20 миллионов (раунд серии С) от венчурного фонда GV ранее известного как Google Ventures — инвестиционного подразделения Alphabet Inc.

В 2018 г. в раунде D компания привлекла $110 миллионов и стала «единорогом», получив оценку в $1,1 млрд. В GitLab инвестировали Iconiq Capital, GV и Khosla Ventures.

В 2019 году стартап привлек $268 млн, а его оценка выросла до $2,7 млрд.

К 2020 году GitLab уже была крупнейшей в мире компанией, полностью работающей «на удаленке». Ее штат превышал 1200 человек в более чем 65 странах. В 2020 проект достиг отметки в $100 миллионов ARR (годовой регулярной выручки). Компания оценивалась в $2,75 миллиарда.

В том же году Дмитрий Запорожец впервые попал в рейтинг богатейших украинцев НВ и Dragon Capital, взлетев сразу на 20-ую позицию — его состояние тогда оценивалось в $354 миллиона. Журнал НВ назвал Запорожца и сооснователя Revolut Влада Яценко «самыми успешными новичками нынешнего рейтинга»:

«Оба вполне заслуженно ворвались в верхнюю часть турнирной таблицы Золотой сотни. И их движение вверх прекрасно отражает мировые тренды», — отмечали создатели рейтинга.

Выход на IPO

Еще в 2018 году GitLab озвучивал планы по выходу на IPO — первичному размещению части акций на фондовой бирже. Сид Сибранди даже назначил дату публичного размещения — 18 ноября 2020 года. Однако в планы вмешалась пандемия и размещение пришлось перенести более чем на год.

В 2021 году компания вошла с довольно «приятными» для инвесторов показателями: в августе GitLab сообщил о более чем 30 миллионах зарегистрированных пользователей из которых 1 миллион — активных. Как отмечают СМИ, пандемия, несмотря на перенос даты IPO, даже помогла компании: в 2020 году показатель net revenue retention в компании составил 148%, а в первом квартале 2021-го и вовсе вырос до 151%. Не исключено, что имидж компании, которая демонстрирует рост во время пандемии и кризиса, а также переход многих компаний на удаленку и облачные решения, помог GitLab провести успешное IPO.

Заявку на выход на биржу компания подала в сентябре. За последний на тот момент квартал выручка GitLab подскочила на 69% - до $58,1 млн. Чистый убыток компании увеличился с $9,4 млн до более чем $40 млн в годовом измерении. Показатель удержания чистой выручки GitLab, который является ключевым для компаний, выпускающих программное обеспечение, вырос до 152% в июле.

Планируя выход на IPO, в GitLab заявляли, что стоимость акций может составить от $66 до $69 за штуку (при таких условиях планировалось, что в верхней части повышенного диапазона компания привлечет на IPO около $717,6 млн и сможет получить оценку почти в $10 млрд). Однако перед началом торгов акции GitLab оценивали уже в $77 за бумагу, а в первый же день цена выросла до $105,99. Таким образом капитализация GitLab подскочила до $15 млрд.

Дмитрий Запорожец и Сид Сибранди на Таймс-Сквер / Фото: GitLab / Facebook

По данным CNBC, на которые ссылается AIN, до момента размещения Сид Сибранди владел 19% акций, Дмитрий Запорожец — около 5%, Khosla Ventures — 14%, ICONIQ — 12%, August Capital — 11%, GV (Google Ventures) — менее 7%.

Исходя из этих данных и данных о рыночной капитализации GitLab (на момент написания публикации), состояние Дмитрия Запорожца сегодня составляет около $800 миллионов.

«Один основатель из Украины — отчасти это украинский стартап. Другой основатель из Нидерландов — отчасти это нидерландский стартап. После пришли инвесторы из Калифорнии — теперь отчасти это и американский стартап. Исходя из этого я считаю, что GitLab можно назвать украинским стартапом», — заявлял Запорожец в одном из интервью.

Другие новости

Все новости