Что не удалось Путину, сделают украинские популисты

комментировать

Московская пропаганда уже готовится объявить конец украинской энергетической независимости и начало разрушения государственности.

Три года тому назад украинцы восстали против беззакония, за нормальные, цивилизованные, попросту человеческие условия своей жизни. И сейчас, в годовщину трагических событий на Майдане, нам снова демонстрируют, что закон не для всех, а о приближении к стандартам европейской жизни не стоит и мечтать. Люди, устроившие незаконную угольную блокаду, которая привела к объявлению чрезвычайной ситуации в энергетике, обеспечили украинцев веерными отключениями электричества и тревогой об окончании отопительного сезона. 

Вся путинская рать за многие годы торговых войн, политического давления, шантажа, подкупа, угроз и уговоров, даже путем военной агрессии не добилась такого результата. Тем ветеранам АТО и некоторым депутатам, которые присвоили себе звание настоящих патриотов, удалось посеять в обществе разочарование, уныние, тревогу о будущем. Сложно сохранять оптимизм в воюющей стране, энергетика которой оказалась на грани коллапса, промышленность  может быть уничтожена, а в домах вот-вот станет темно и холодно… 

Впрочем, эмоции стоит отбросить. К ним прибегают как раз авторы блокады - те, кто, заявляя благие намерения, манипулируют настроениями людей. У них на самом деле нет аргументов, чтобы обосновать свою позицию. Потому что за популистскими лозунгами скрываются желание повысить рейтинги и, расшатав ситуацию в стране, на этой волне прийти к власти. 

Чтобы увидеть, как в действительности выглядит ситуация с блокадой, обратимся к фактам. 

Итак, украинские тепловые станции потребляют в год около 24 млн тонн угля. Свыше 9 млн тонн из этого объема – антрацит, добываемый в тех районах Донбасса, которые сейчас захвачены ОРДЛО. Заменить его другими видами топлива – значит, увеличить в 2 раза стоимость продукции ТЭС и ТЭЦ. Доказать это просто: есть ведь документы, доступные каждому. 

Весной 2016 года был утвержден порядок расчета оптовой рыночной цены на электроэнергию. С тех пор появились мифы о привязке украинского тарифа к цене угля на крупнейшем европейском угольном хабе ARA (Амстердам, Роттердам, Антверпен). Те, кто сейчас уверенно оперирует перед телекамерами понятием «Роттердам +», знают, но не говорят, что никакой привязки тарифа к мировой цене топлива нет. 

За основу определения стоимости украинского угля (добываемого на территории ОРДЛО компаниями, которые зарегистрированы и платят налоги в Украине) были взяты среднегодовые показатели котировок в Роттердаме. За 12 месяцев цены на мировом рынке взлетают и падают, но украинские потребители не замечают этих колебаний, потому что в тарифе заложены усредненные показатели. Таким образом, стоимость тонны украинского угля была определена на уровне 1730 грн. Если бы не эта формула, то уже сейчас в тариф была бы заложена европейская цена на уровне 2500 тыс. грн. Плюс – стоимость доставки. Очевидно, что такое повышение цены топлива отразилось бы в тарифах на электричество и отопление. Именно этого, похоже, добиваются люди, спекулирующие понятием «Роттердам+» и требующие импортировать уголь из-за рубежа. 

Они не говорят (может быть, не знают) еще об одном: заменить весь объем донбасского угля импортным практически невозможно. В объеме мировой добычи доля антрацитной группы составляет около 10%. Контракты подписаны заранее, и новые можно заключить на 6-8 месяцев вперед. Поставки теоретически возможны из ЮАР, США, Австралии, Вьетнама, но география диктует дороговизну такого топлива. Кроме того, большие расстояния не позволяют перевозить уголь малогабаритными судами, а большие сухогрузы с осадкой 15-20 метров могут войти в немногие украинские порты. Бердянск и Мариуполь принять такие суда не могут вообще, в Николаевский порт крупный сухогруз может войти только после частичной разгрузки на рейде, остаются Черноморский (бывший Ильичевский) и «Южный» порты. Но их инфраструктура не предусматривает дополнительной нагрузки по перевалке 9 млн. тонн угля в год. 

Единственный остающийся вариант импорта, о котором умалчивают участники блокады, - поставки антрацита из России. На радость российским пропагандистам! Окольными путями и очень дорого мы сможем покупать уголь у страны, которую признаем агрессором… 

Антрацит – только часть проблемы. В ОРДЛО добывается и коксующийся уголь, который поставляется на несколько коксохимических заводов и после переработки – на украинские металлургические комбинаты. Предприятия, о которых идет речь, расположены по обе стороны от линии разграничения. Но все они официально зарегистрированы в Украине и здесь платят налоги – почти 32 млрд грн. только за прошлый год, это половина нашего оборонного бюджета. 

За линией разграничения выплачиваются только зарплаты работникам украинских предприятий. Это позволяет выживать тысячам людей, не вставших в ряды боевиков и надеющихся на скорое возвращение прежнего украинского статуса Донбасса. Угольная блокада может оставить этих людей без работы и без куска хлеба. Вряд ли это улучшит их отношение к Украине или поспособствует будущей реинтеграции региона. Напротив, целые населенные пункты, лишившиеся предприятий-кормильцев, могут пополнить ряды боевиков ОРДЛО, чтобы только прокормить семьи.  И никто не гарантирует, что обозленные люди, которых угольная блокада фактически вынуждает воевать, не отомстят, например, блокадой поставок воды или электроэнергии в Мариуполь. Участники угольной блокады, возможно, не знают, что существующая энергосистема и система водоснабжения города проложены со стороны неподконтрольной ныне территории. 

Впрочем, это – не единственная проблема мариупольцев, которые обоснованно опасаются остановки местного меткомбината. На Днепровском меткомбинате с начала февраля из 3 доменных печей работает только 1, и то – на «тихом ходу». Если поставки кокса не возобновятся, остановятся другие предприятия, оборудование которых не предусматривает временного простаивания. Прекращение работы столь сложных производственных мощностей зачастую равнозначно их уничтожению. Чтобы начать работу, придется закупать новое оборудование. Произойдет ли это и когда – очень большой вопрос. И ответ на него не смогут долго ждать десятки тысяч людей, которые рискуют остаться без работы, а также члены их семей.

Участники блокады вряд ли думают о том, сможет ли государство в период войны взять на себя дополнительные расходы, чтобы позаботиться обо всех этих людях. И совершенно не учитывают тот факт, что остановка крупных промышленных предприятий приведет к сокращению импорта украинской продукции, которая до сих пор наполняла государственную казну валютой. Без этого источника дохода украинский бюджет затрещит по швам, встанет вопрос о выплате зарплат и пенсий, курс национальной валюты обрушится до фантастических показателей… Все это мы уже проходили на заре независимости. Тогда вырвались ценой невероятных усилий. Но тогда не было войны. 

У правительства, объявившего режим чрезвычайной ситуации в энергетике, не было иного выхода. Запасов угля на тепловых станциях осталось совсем мало. По состоянию на 10 февраля на Трипольской ТЭС (обеспечивает Киев и область) – на 2 недели, на Змиевской ТЭЦ (Харьков и область) – на 20 дней, на Славянской и Краматорской ТЭС в Донецкой области – на 10 дней. Если ничего не делать сейчас, то к концу февраля в энергосистеме Украины начались бы сбои из-за снижения объемов производства. В нормальной ситуации тепловые станции позволяют регулировать объемы производства электроэнергии, увеличивая их в суточные периоды пиковых нагрузок и уменьшая в другое время. Таким образом, удается поддерживать во всей системе нормальную частоту в 50 Гц. В аварийной ситуации, когда у тепловых станций нет топлива для стабильной работы, поддержка частоты возможна только за счет снижения объемов потребления. Отсюда – необходимость веерных отключений. 

Очевидно, кто заинтересован в том, чтобы ослабить Украину, сделать ее нестабильной и уязвимой, чтобы стравить регионы между собой, а затем подтолкнуть государство к разрушению. Все 25 лет украинской независимости в России были силы, безуспешно бившиеся над решением этой задачи. А сейчас на наших глазах это делают люди, прикрывающиеся патриотическими лозунгами и использующие в своих целях несколько сотен ветеранов АТО. Никто из них не объяснил, почему угольную блокаду организовали не в начале боевых действий, не в позапрошлом и прошлом годах. Почему именно сейчас – в период пиковых морозов, когда запасов газа осталось мало, заменить донбасский уголь нечем. Причем, в январе была перекрыта поставка примерно трети объема угля из ОРДЛО – 2 железнодорожные ветки. А к середине февраля участники блокады нанесли решающий удар, перекрыв третью, основную магистраль. Кому-то, видимо, понадобилось приурочить чрезвычайную ситуацию в энергетике к третьей годовщине Майдана. Теперь от нас, от власти и от рядовых граждан Украины, зависит, станет ли февраль 2017-го новым печальным символом в истории нашей страны. Допустить этого нельзя. 

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Эксперты ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: