В Украине схлестнулись рантье с бизнесменами - Миклош

Экономический советник премьер-министра Украины Иван Миклош дает рецепт для украинской экономики
Наталья Кравчук / НВ

Экономический советник премьер-министра Украины Иван Миклош дает рецепт для украинской экономики

Главный экономический советник премьер-министра Иван Миклош рассказал, в чем основная причина неэффективности экономики страны.

За 25 лет после падения коммунистического режима целый ряд соседей Украины — Польша, Словакия и страны Балтии — добились выдающихся результатов. Сегодня жители этих стран в среднем в 4–5 раз богаче украинцев, хотя еще в начале 1990‑х казалось, что Украина обгонит их всех.

Нашей стране не помогли ни полученные в наследство от СССР промышленные предприятия, ни замечательное геополитическое положение и ресурсы, ни талантливое и трудолюбивое население. Причина здесь кроется в реформах. В то время как перечисленные страны активно перенимали опыт преообразований Сингапура, Тайваня, Гонкога и Южной Кореи, Украина запуталась в поисках своего, уникального пути.

Сегодня правительство нашей страны заявляет, что встало на рельсы преобразований, схожих с теми, что проводились в успешных восточноевропейских странах. Для этого при Кабинете министров была создана стратегическая группа советников по поддержке реформ. Сооснователь этой группы, главный экономический советник премьер-министра Иван Миклош рассказал НВ о том, как можно добиться поставленных целей.

— В чем, по вашему мнению, причина такой низкой эффективности труда, которую мы сегодня наблюдаем в посткоммунистических странах?

— Если говорить о периоде после падения коммунизма, то есть начале 1990‑х, то низкая эффективность была следствием старой системы. Коммунистические страны просто отменили конкуренцию и в экономике, и в политике. В политике не было конкуренции, демократии не было — руководящая роль коммунистической партии была записана в конституции. Все это убедительно свидетельствует, что без конкуренции не бывает экономического роста и повышения уровня жизни.

Истинность этого утверждения подтверждается не только опытом коммунистических стран. В его пользу свидетельствуют результаты, которых добились Ирландия, азиатские “тигры”, в частности Сингапур, Гонконг, Тайвань и Южная Корея. Все они разбогатели благодаря тому, что построили экономическую систему, основанную на открытости и конкуренции. Чем выше в стране степень экономической свободы, тем больше там конкуренция и, как результат, значительнее экономический рост.

— Противники этой идеи скажут, что ваш подход можно проиллюстрировать с помощью аналогии боксерского матча. Когда человека, который всю жизнь недоедал, болел, берут и выставляют на ринг против профессионального боксера, при этом говоря: конкурируй! Не кажется ли вам, что посткоммунистические страны изначально в более невыгодном положении, чем игроки из развитого мира?

— Это очень ошибочная аналогия. Потому что конкуренция в этом случае не похожа не боксерский матч. Это, скорее, марафонский забег. Конечно же, в начале забега нетренированные спортсмены не могут бежать так же быстро, как те, кто занимался этим на протяжении долгого времени. Но если новички делают реформы — улучшают свою физическую форму — они постоянно улучшают свой результат. И, конечно, если смотреть с точки зрения уровня экономического развития и качества жизни, то эти страны все равно отстают. Но если они проводят реформы, то темпы их экономического роста намного выше, чем у развитых стран — они их догоняют. Потому что сейчас они улучшают свои результаты намного быстрее, чем те, кто бежит впереди. Богатые страны растут со скоростью 1,5–2% в год. А бедные страны, в которых проводят необходимые реформы, растут намного быстрее.

Посмотрите на те же Сингапур, Гонконг, Тайвань, Ирландию. Еще каких‑то 40 лет назад они были очень бедными. Посмотрите на Китай. Экономика этой страны на протяжении последних 30 лет лидирует в мире по темпам экономического роста. Почему? Благодаря реформам.

— В нашей стране есть те, кто считает, что для того, чтобы быть успешным в этом забеге, отдельным отраслям экономики нужно предоставить тепличные условия, оградить их от конкуренции до тех пор, пока они выйдут на уровень более сильных игроков. Другими словами — немного протекционизма не повредит.

— Протекционизм — это как раз то, из‑за чего развалилась экономика коммунистических стран. Для развития необходима свободная конкуренция и открытость, в том числе к инвестициям. Если говорить об украинской экономике, то ее невозможно реструктуризировать и модернизировать без иностранных инвестиций. А иностранные инвестиции придут только тогда, когда экономика станет открытой.

Но одного этого недостаточно. Необходимо усилить защиту прав собственности. Если система останется такой же коррумпированной, как сейчас, инвесторы не придут — они будут бояться потерять свои деньги. Они не придут, если здесь не будет прозрачной системы государственного регулирования, эффективной антимонопольной политики. Если в стране сохранится большое количество государственных компаний, которые будут искажать условия для ведения бизнеса в стране. Это все приводит к высокому уровню коррупции. Конечно же, даже в этих условиях кто‑то будет инвестировать. Но если страна займется протекционизмом, то можно со стопроцентной уверенностью сказать, что у нее не будет шанса модернизировать свою экономику.

Если страна займется протекционизмом — у нее не будет шанса модернизировать экономику

— Какие страны могут служить примером правильных реформ?

— Некоторые из них я уже называл. Но у нас есть более недавние примеры — те страны с переходной экономикой, которые добились большого успеха: три балтийские страны, Польша, Словакия и Грузия. Их успех можно измерить благодаря многим индикаторам. Но, пожалуй, самым показательным будет рост ВВП на душу населения. И, наверное, даже лучше использовать показатель сокращения отставания по уровню ВВП от развитых стран Западной Европы, ведь Украина хочет быть частью Европейского союза.

Приведу несколько цифр, которые продемонстрируют, как прогрессировали упомянутые страны бывшего социалистического лагеря на протяжении 2000–2012 годов. За это время в среднем, если не брать Грузию, они сократили свое отставание от развитых стран ЕС на 21,4 процентного пункта. То есть если у какой‑то страны в начале этого периода ВВП составлял 50% от западноевропейского уровня, то сейчас он достиг 71,4%.

В каждом из этих государств отставание сократилось более чем на 20 процентных пунктов. А в Венгрии в это же время — всего на 7%. В Словении — на 3%. Более значительного успеха добились те страны, в которых проводилось больше реформ, способствующих развитию свободного рынка,— это приватизация, дерегуляция, открытость, все, что привлекает иностранных инвесторов.

— Вы ранее говорили, что рецепт экономического роста один и тот же для всех стран. Но, может быть, есть какие‑то страновые особенности? Или же нужно просто следовать какому‑то шаблону? Есть Южная Корея, а есть Польша. Обе успешны, но означает ли это, что они делали одно и то же?

— Фонд Heritage и издание The Wall Street Journal на протяжении долгих лет составляли Индекс экономической свободы. И он убедительно доказывает, что страны с более высоким уровнем экономической свободы имеют более высокий уровень экономического роста. Это не значит, что более свободные страны обязательно более богатые. Но они растут быстрее других. И даже если это не так, они обязательно начнут расти быстро, если продолжат придерживаться этой политики.

При этом свободная страна определяется не только низкими налогами, дерегуляцией, либерализацией. Свободная страна — это страна, в которой нет коррупции. Где есть верховенство закона, защита прав частной собственности. Например, в Швеции очень высокие налоги и перераспределение доходов между различными слоями населения. С такой точки зрения эта страна далеко не свободна. Но по всем другим показателям свободы Швеция лидирует и поэтому входит в десятку самых свободных экономик мира.

— Почему же, по словам некоторых бизнесменов, в Беларуси, где очевидно меньше свободы, чем в Украине, легче заниматься бизнесом, чем у нас?

— Польша, Украина и Беларусь 25 лет назад, после падения коммунизма, находились примерно на одном экономическом уровне, если сравнивать ВВП на душу населения. Тогда Deutsche Bank провел исследование и пришел к выводу, что среди всех постсоветских стран Украина имела наибольший потенциал для того, чтобы достичь успеха. Это был 1992 год. Но в результате, если сравнивать показатели до Майдана, ВВП Беларуси был вдвое, а в Польше более чем втрое выше, чем в Украине. Средняя зарплата в Польше составляла порядка €1 тыс. А в Украине — €170. Что произошло? Почему такая существенная разница даже между Украиной и Беларусью?

Почему Польша добилась среди этих стран наибольшего успеха? Потому что там построили функционирующую рыночную экономику, провели реформы, которых здесь не было, и страна интегрировалась в Европейский союз.

Беларусь сохранила централизованную государственную плановую экономику. Там нет свободного рынка. Разве что для небольших предпринимателей. Но в целом это по‑прежнему командная экономика. Старую систему не сломали, сохранили. Кроме того, в Беларуси дела идут относительно лучше, потому что у нее по‑прежнему близкие отношения с Россией, которая субсидирует эту страну дешевым газом.

А что же произошло в Украине? Старую систему сломали, но не построили новой, жизнеспособной рыночной экономики. В результате сложилась дисфункциональная система, которая не создает условий для свободной и честной конкуренции. Доля государственной собственности по‑прежнему высока. Сохраняется большая зарегулированость, например в энергетическом секторе. Это привело к тому, что олигархи добились сказочного богатства и влияния. А дальше они стали злоупотреблять своими возможностями и привилегиями для расширения своего влияния и для того, чтобы избегать свободной и честной конкуренции.

Я сформулирую это так: экономику можно строить на двух моделях поведения — получении ренты или зарабатывании прибыли. Первая модель формируется, когда люди зарабатывают не за счет конкуренции и свободного рынка, а благодаря полученным привилегиям — за счет связей, злоупотребления властью, монопольному положению, подкупу судей и прокуроров, рейдерству. Если сказать просто — за счет коррупции. Поведение, основанное на получении прибыли, подразумевает, что деньги можно заработать за счет свободной и честной конкуренции на открытом рынке частных предпринимателей.

— Почему тогда некоторые страны, например Польша, сейчас пытаются отказаться от либеральных реформ?

— Да, так происходит сейчас в Польше, да и Венгрия еще раньше изменила курс. Но посмотрите на результаты, которые показывает экономика Венгрии. Орбан [Виктор Орбан, премьер-министр Венгрии] так поступает, потому что он авторитарный управленец. Он стремится заполучить побольше не только политической, но и экономической власти. Путин делает то же самое.

Но давайте посмотрим на результаты Венгрии. Двадцать лет назад Венгрия была на третьем месте по показателю ВВП на душу населения среди стран Центральной Европы и Балтики — тех, что сегодня входят в состав ЕС. На первом месте была Словения, на втором — Чехия. И где сегодня Венгрия после 20 лет такой экономической политики? На последнем месте. Ее обошла Словакия, Польша, Эстония, Литва, Латвия. Сегодня эта страна на девятом месте.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

НЕ ПРОПУСТИТЕ

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Экономика ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: