Ужесточится конкуренция между банками и финтех-компаниями. Глава UniCredit Bank о будущем финансового рынка

Тамара Савощенко из UniCredit Bank считает, что реформа банковского рынка приведет к роста доли финтехкомпаний и онлайн-сервисов

Тамара Савощенко из UniCredit Bank считает, что реформа банковского рынка приведет к роста доли финтехкомпаний и онлайн-сервисов

За прошлый месяц национальный банк вывел с рынка целый ряд финансовых учреждений, среди которых банки Михайловский, Крещатик, Фидо банк и Смарт банк.

Большинство экспертов говорят о второй волне банкопада в Украине. И предсказывают, что до конца года с рынка уйдет еще не один десяток банков.

Кроме того, сам банковский рынок всерьез меняется. Все большую долю на нем занимают финансово-технические компании, сервисы онлайн-платежей и мелкие кредитные агентства. Контроль за ними не столь жесткий, как за банками и потому часть рынка финансовых услуг уже в серой зоне.

О том, к чему привели чистки Нацбанка и что ожидает банковский рынок дальше в интервью НВ Бизнес рассказала председателя правления UniCredit Bank Тамара Савощенко

-- Как вы оцениваете закрытие банков, которое произошло с начала этого года?

-- Закрытия банков начались еще в 2014 году. На самом деле, два года реформ кардинально преобразили банковскую систему. Система стала другая. До прихода Гонтаревой в 2014 году всех игроков банковского рынка можно было условно разделить на четыре кластера – это банки с государственным капиталом, банки с иностранным капиталом, украинские банки как часть финансово-промышленных групп и небольшие кэптивные банки с непрозрачной бизнес-моделью, которые свой бизнес строили в основном на «обналичке», других не совсем прозрачных операциях и на инсайдерском кредитовании. При этом только 45% банков имели полностью раскрытую структуру собственности.

Кроме того, ни для кого не секрет, что большинство украинских банков никогда не формировали свои капиталы живыми деньгами. Это были либо ценные бумаги – как их сейчас называют, «мусорные» ценные бумаги, – либо формирование капитала происходило через выдачу инсайдерских кредитов или каких-то других схем. Могла ли такая система функционировать и развиваться? Наверное, нет. И проблемы эти копились годами. Чтобы их решить, нужны были решительные действия. Если говорить медицинским языком, в этот момент терапия уже была неэффективна, нужно было хирургическое вмешательство. Что, в общем-то, и было сделано.

Хорошо это или плохо – можно судить по-разному. В самом начале реформ основными задачами были стабилизация макроэкономической ситуации, построение прозрачной банковской системы и ее подготовка к стабильному росту, вывод с банковского рынка слабых игроков, раскрытие структуры собственности банков и построение адекватной системы банковского надзора. Многие из этих планов и задач были выполнены, но много еще предстоит сделать. 

Сейчас можно отметить несколько позитивных моментов этой реформы – было проведено стресс-тестирование 20 крупнейших банков, которые на сегодня составляют, если не ошибаюсь, 86% банковской системы. По результатам этого стресс-тестирования были разработаны и утверждены планы докапитализации, которые уже начали выполняться многими банками. Планы эти рассчитаны на три года и есть надежда, что те банки, которые их разработали и утвердили, эти планы выполнят.

Когда говорят о результатах реформы и вообще о ее влиянии на банковский рынок, почему-то всегда делаются акценты на банкротстве, ликвидации, выводе банков с рынка. Вокруг этой темы очень много спекуляций. Говорят о том, что есть какие-то таинственные цели, сколько банков должно остаться, сколько банков должно быть выведено. Это совершенная глупость! Да, на сегодняшний момент уже 77 банков выведено с рынка. И с высокой долей вероятности можно сказать, что этот процесс будет продолжаться. Но вывод определённого количества банков никогда не был самоцелью. Целью реформы была очистка банковской системы, вывод с рынка слабых игроков и построение сильной здоровой системы, которая может противостоять в том числе внешним экономическим вызовам.

Если говорить о выводе банков с точки зрения хорошо это или плохо – наверное, однозначно ответить невозможно. Это не тот случай, когда можно чётко отделить черное от белого. Но все мы прекрасно понимаем, что, с одной стороны, банкротство любого банка – особенно если это банк более-менее крупный – это, прежде всего, удар по доверию к банковской системе. Это пострадавшие вкладчики, бизнес, который не может вернуть свои деньги. Но с другой стороны, построить здоровую банковскую систему без решительного отсечения ее больной части, наверное, невозможно. С моей точки зрения, если смотреть на конечную цель, в этом процессе больше положительного.

-- От того, что банков стало меньше, снизилась конкуренция на рынке, а как следствие у банков нет стимула снижать стоимость кредитов…

-- Количество банков не влияет на размер процентной ставки по кредитам. Что влияет на стоимость кредитов? Если говорить в общем, то это три основные составляющие: стоимость привлеченных ресурсов, банковская маржа и цена риска. И снизить стоимость кредитов можно, влияя на каждую из них.

Если пройтись по каждой компоненте, то стоимость привлечения ресурсов – это основная составляющая. Говорить о том, что мы можем выдавать кредиты под 3-5% годовых, привлекая депозиты под 21-23%, – это утопия, это нереально. Что может быть сделано в этой части? Многое уже делается. Вы знаете, что совсем недавно Национальный банк опять понизил учетную ставку. И это, безусловно, положительный фактор, который  повлияет на стоимость привлечения ресурсов. Но этого недостаточно, потому что влияние учетной ставки не столь значительно, как хотелось бы.

Что еще может повлиять на стоимость привлечения? Конечно же, усиление доверия к банковской системе. Люди должны не бояться вынуть, наконец, деньги, которые хранятся у них дома под матрасом или в банковской ячейке, и отнести их в банк под невысокую ставку, понимая, что в банке они будут более защищены.

Если говорить о марже, то её снижение для банков – общемировая тенденция. И Украина здесь тоже не исключение. Банковская маржа на сегодняшний день достаточно низкая, и тенденция к ее снижению продолжается. Банки стремятся развивать другие сервисы, предоставлять клиенту новые услуги, чтобы компенсировать недополученные доходы на низкой марже. Но поскольку маржа уже и так низкая, здесь ресурс очень ограничен. И влияние изменения маржинальности на процентную ставку и на общую стоимость кредитов тоже несущественно.

И третий фактор – возможно, на сегодняшний день самый важный – это цена риска. В той ситуации, в которой находимся мы, с тем уровнем защиты прав кредиторов и инвесторов, который есть в Украине, банки закладывают в процентную ставку цену риска, который они имеют при кредитовании, а она чрезвычайно высока. И здесь как раз есть такой резерв, где при улучшении экономической ситуации, ситуации с защитой прав кредиторов банки будут снижать цену риска, закладываемую в процентную ставку.

-- Что еще влияет на стоимость кредитной ставки?

-- В любом случае, банки ориентируются на рынок. И сейчас предложения очень разнятся. Если мы посмотрим по нашему банку, то клиент может получить гораздо более низкую ставку в зависимости, например, от залога, который также является составляющей цены риска. Потому что если мы имеем твердый и высоколиквидный залог, то понимаем, что риск этого клиента меньше. Плюс если клиент у нас обслуживается давно, завёл к нам весь бизнес, мы видим его денежные потоки, он пользуется полным спектром банковских сервисов – в таком случае мы получаем доходы от предоставления такому клиенту дополнительных сервисов, а значит можем предоставить процентную ставку на уровне практически себестоимости с минимальной маржой. В этой ситуации мы понимаем бизнес клиента, понимаем, какие денежные потоки этот бизнес генерирует и у нас есть собственная довольно длительная кредитная история с этим конкретным клиентом. 

-- Когда закончится реформа банковского рынка, сколько, по-вашему, на самом деле банков останется?

-- Оперировать конкретными цифрами было бы неправильно. Можно делать любые прогнозы, можно делать ставки... Но на самом деле важно не то, сколько их останется, а какие банки останутся. Останутся банки, которые, во-первых, выполняя программу докапитализации, смогут нарастить капитал до того уровня, который требуется регулятором. Останутся банки, имеющие понятную и прозрачную бизнес-модель, которая способна генерировать прибыль в конкретных экономических условиях Украины. В принципе, вот эти два фактора и определят портрет банков, которые останутся. А говорить, что это будут госбанки или банки с иностранным капиталом – это неблагодарные вещи.

-- Сделка по продаже вашего банка группе "Альфа" – это одна из немногих сделок на банковском рынке, которая произошла за прошедшее время. Как по-вашему, почему это было интересно "Альфе?

-- Каждая банковская группа, чьи дочерние банки представлены в Украине, имеет свою собственную стратегию. И на эту стратегию влияют не только события и ситуация в Украине, но и ситуация в самой банковской группе и в других странах, где эта группа представлена. Что касается этого конкретного соглашения, то сделка на самом деле своего рода уникальная. Потому что это не продажа в традиционном виде. Это сделка по обмену активами, когда группа UniCredit получила миноритарную долю 9,9% в ABH Holdings, владельца Альфа-Банка, а последний получил взамен "Укрсоцбанк" как актив. Почему это было интересно ABHH? Потому что у холдинга есть достаточно успешный собственный банк в Украине – "Альфа-Банк" – и в синергии с нашим банком объединённый актив станем одним из сильнейших игроков украинского рынка. В условиях сокращения маржинальности и ужесточения конкуренции крупным банкам работать легче. Крупному игроку всегда будет легче выжить.

--То есть это процесс укрупнения…

-- Процесс укрупнения – это не просто дань моде или следствие нацеленности регулятора на консолидацию. Это действительно один из способов выжить в текущих экономических условиях. А когда сделка будет согласована, на рынке появится вдвое более сильный игрок, крупнейший частный банк. Естественно, это создает массу преимуществ как для самого банка и его акционеров, так и для клиентов. Потому что такой банк может предоставить и лучшие цены, и лучшие сервисы.

-- Каков ваш прогноз дальнейшего развития банковского рынка?

--  Я бы не ожидала какого-то большого банковского бума, если мы говорим о горизонте 2 лет. Если говорить об основных тенденциях, то вывод слабых игроков с рынка продолжится. Сколько их будет – сложно сказать. Прежде всего, потому что стресс-тестирование и составление планов докапитализации небольших банков еще только началось и результаты пока неизвестны. Но вполне очевидно, что не все банки смогут в этой ситуации выжить. Поэтому количество игроков, безусловно, будет сокращаться. Но оно будет сокращаться не только за счет вывода слабых банков с рынка, но и за счет консолидации.

Второй тенденцией будет то, что выжившие банки будут сконцентрированы на выполнении планов докапитализации, которые они подписали с Национальным банком, на расчистке своих портфелей от токсичных активов и на подготовке к дальнейшему развитию. В принципе, я ожидаю определенного оживления на рынке кредитования. Если банк хочет выжить, он не может не кредитовать. Та ситуация, которая сейчас сложилась, тяготит не только бизнес, но и банки. Оживление кредитования будет, прежде всего, в таких отраслях, как агросектор, потребительское кредитование. Но, как я уже сказала, это не будет кредитным бумом. Банки будут очень взвешенно и осторожно подходить к выдаче кредитов. Все это будет очень зависеть от экономической ситуации, от того, как сможет расти экономика, от платежеспособного спроса на кредиты. Потому что есть большая разница между спросом на кредиты и платежеспособным спросом.

Что еще будет? С моей точки зрения, ужесточится конкуренция между банками и финтех-компаниями. Это тоже такая горячая тема, которая часто обсуждается. И сейчас это немножко напоминает перетягивание одеяла. Банки считают, что им ничего не угрожает, они могут сидеть спокойно. Финтех-компании считают, что завтра банков уже не будет, и все сервисы клиент сможет получать через них. Но на самом деле, истина, как обычно, посередине. И банкам, и финтех-компаниям придется искать модели эффективного взаимодействия. Прежде всего, банкам, потому что вряд ли в ближайшие два года банки смогут инвестировать значительные суммы в развитие новых технологий. А развивать их нужно.

И еще хотелось бы остановиться на такой тенденции, как акцент на переводе сервисов в

онлайн. Банки будут продолжать работу по увеличению количества удалённых сервисов и оптимизации своих затрат на содержание отделений и инфраструктуры. Это выгодно и банкам, и клиентам.

-- Как будет выглядеть рынок по окончанию реформы?

-- Не секрет, что реформа банковского сектора началась раньше, намного жестче и быстрее, чем в других отраслях. И поэтому мы все верим в светлое будущее и ждём, когда у нас будет здоровая, сильная, развивающаяся банковская система. Но нельзя забывать о том, что банковская система не может быть уж очень здоровой в условиях слабой и нездоровой экономики. Окончанием этой реформы, её результатом будет просто оздоровление, очищение банковской системы и её подготовка к стабильному развитию. А само развитие будет зависеть в большой степени от развития экономики.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

НЕ ПРОПУСТИТЕ

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Бизнес. Интервью ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: