Мы сможем стать небольшим Китаем для всей Европы – директор хед-хантингового агентства Ward Howell об украинском рынке труда

Директор украинского представительства HR-агентства Ward Howell Игорь Кабузенко говорит, что только около 20-25% компаний пытаются компенсировать своим сотрудникам разницу в связи с изменением валютного курса

Директор украинского представительства HR-агентства Ward Howell Игорь Кабузенко говорит, что только около 20-25% компаний пытаются компенсировать своим сотрудникам разницу в связи с изменением валютного курса

О том, каких зарплат ждать украинцам и что будет с отечественным рынком труда, НВ Бизнес рассказал директор украинского представительства одного из крупнейших в мире хед-хантинговых агентств Ward Howell Игорь Кабузенко.

Данные последнего полугодия свидетельствуют, что средняя заработная плата в Украине хоть и незначительно, но все же увеличилась. На фоне потрясений прошлого и позапрошлого годов это несколько сняло напряжение.

Эксперты утверждают, что рост зарплат затронул практически все сферы. Если еще полгода назад рабочий и вспомогательный персонал был готов работать за 4,5-5 тыс. гривен в месяц, то уже сейчас их зарплаты выросли до 5,5-6,5 тыс. гривен.

Да и сами работодатели стали активнее предлагать украинцам работу. На рынке труда появилось больше предложений, а количество резюме уменьшается.

Несмотря на это, многие работодатели жалуются на невозможность найти работников. Руководство столичных супермаркетов говорит о нехватке продавцов, кассиров и грузчиков. Некоторые утверждают, что предложение рабочих мест в 2-3 раза превышает спрос на них.

– Как вы можете охарактеризовать ситуацию на рынке труда? Какой уровень зарплат и спроса на специалистов?

– Ситуация на рынке труда улучшается. Растет спрос на специалистов всех уровней от топ-менеджеров до нижнего уровня. Такую тенденцию мы наблюдаем последние полтора года. Для этого есть несколько причин. Украина прошла через самую серьезную турбулентность –политическую и экономическую. И компании, которые выстояли, фактически являются победителями. Они осознали, что пора идти в наступление и уже в меньшей степени находятся в защитных позициях. Хоть они все еще консервативны в своих оценках, но уже готовы инвестировать в свое будущее и в свой рост, который начинается с привлечения топ-менеджмента, талантов среднего уровня и роста кадрового потенциала.

Если говорить о зарплатах, то очевидно, что они растут в гривнах. Не так быстро, как хотелось бы, но растут

Если говорить о зарплатах, то очевидно, что они растут в гривнах. Не так быстро, как хотелось бы, но растут. При этом компенсация в долларах очень сильно снизилась, что связано в первую очередь с девальвацией. Возьмем в качестве примера зарплату некоего генерального директора. Если в 2013 году он получал $10 тыс., то при курсе 8 грн/$1 это было около 80 тыс. гривен. На сегодняшний день его зарплата незначительно выросла, допустим до 100 тыс. гривен. А это всего лишь $4 тыс. Не все компании готовы к тому, чтобы проводить индексацию. По нашим оценкам, только около 20-25% компаний каким-то образом пытаются компенсировать своим сотрудникам и менеджерам ту разницу, которая произошла в связи с изменением курса. Чаще всего это экспортные компании, у которых есть валютная выручка.

– Если сравнить уровень специалистов в Украине с Восточной Европой – Польшей, Румынией, Венгрией – насколько он конкурентен? Насколько у нас сильный руководящий состав?

– Для того, чтобы оценить конкурентность топ-менеджеров, нужно понимать задачи, в ходе решения которых мы проводим сравнение. Чаще всего, в Украине очень неплохие топ-менеджеры, которые в состоянии делать преобразования. Особенно если говорить о преобразованиях развивающихся стран. У нас очень неплохой состав кризис-менеджеров. Но так сложилось, что украинские компании дают возможность получить опыт немного позже, чем российские либо польские компании. Этот временной лаг составляет примерно 3-5 лет. При этом мы говорим о компаниях, которые можно назвать локальными. Это энергосектор, добывающие секторы и тяжелое производство.

Если же говорить о компаниях потребительских товаров, то большинство этих компаний в Украине иностранные. Например, Nestle или Coca-Cola. Именно эти компании в 90-е годы начали формировать пул серьезных топ-менеджеров в Украине. Значительная часть нынешнего состава топ-менеджмента в Украине являются выходцами из мультинациональных компаний. Здесь украинцы более конкурентные. Например, у компании Kraft Foods есть штаб-квартиры в 16 или 17 странах. Именно украинские менеджеры руководят очень многими странами региона.

– Многие топ-менеджеры говорят, что сложно найти обычный персонал. Люди не хотят работать продавцами или кассирами. И с одной стороны, говорят, что в Украине дешевая рабочая сила, а с другой – невозможно найти кадры. Что на самом деле происходит?

– Я думаю, что так говорят люди, которые в этом заинтересованы. Но их суждения не далеки от истины. У меня есть своя версия, почему так происходит. Отношение к работе отличается в разных странах. В государствах с протестантской религией оно наиболее развито. Те страны, в которых основной религией являлось или является протестантство, как раз и есть сейчас локомотивами и самыми развитыми странами в мире. Так уж сложилось, что наша национальная и религиозная культура не прививает должного отношения к труду. На низшие позиции очень сложно мотивировать сотрудников. Но у нас очень мотивированы топ-менеджеры и менеджеры среднего звена.

Украинские компании дают возможность получить опыт немного позже, чем российские либо польские компании. Этот временной лаг составляет примерно 3-5 лет

Я сам сталкивался с подобной ситуацией. 10 лет назад у меня был небольшой бизнес, который мы вели с супругой. И она меня попросила помочь нанять продавцов в магазин. Я ужаснулся, насколько комфортно я себя чувствую в ходе найма топ-менеджеров и менеджеров среднего звена, что абсолютно не коррелирует с тем, насколько сложно найти людей на низовые позиции. В 50% случаев с людьми договариваешься о встрече, а они просто не являются и не перезванивают. А на вопрос "Почему не пришел?", отвечают "Я передумал".

– А что нужно сделать, чтобы это изменить. Есть ли возможность поменять это за одно-два поколения?

– Я оптимист по жизни. Думаю, что это возможно. Для этого нужны целенаправленные усилия. Прежде всего, нужно установить четкую причинно-следственную связь между уровнем жизни и уровнем зарплат. Мне кажется, что наши элиты – культурная, политическая, экономическая –должны показывать людям, что лучше живет тот, кто больше работает. На сегодняшний день у среднестатистического украинца возникает ощущение, что лучше живет тот, кто меньше работает, более хитрый и ушлый. И маленькому украинцу кажется, что для того, чтобы много зарабатывать, не нужно работать – нужно обманывать. За одно-два поколения наши элиты в состоянии показать, как нужно жить. И украинцы с радостью понесут новую культуру. Но им нужно показать, как это происходит и как должно происходить.

– Как сегодняшняя система образования подготавливает людей к ответственности? И нужно ли в ней что-то изменить?

– Лидерами людей заставляет становиться жизнь в нашей стране. К сожалению, это не высшее и среднее образование. Образование может помогать быть более эффективными, давать базовые знания о предпринимательстве и неплохой старт. Но все-таки нужны целенаправленные усилия. Первым шагом в реформе высшего образования в Украине, как это не парадоксально, не должно быть изменение программ или еще чего-то. Нужно дать самостоятельность ВУЗам, так как сегодня они зависимы от министерства. Качество работы ректора оценивается не студентами, а какими-то государственными мужами. Если в стране очередные волнения, то требование к ректору сдержать студентов. От того, насколько качественно он это сделает, его оценят. Но это не тот критерий, по которому нужно оценивать ректоров украинских вузов.

Значительная часть нынешнего состава топ-менеджмента в Украине являются выходцами из мультинациональных компаний. Здесь украинцы более конкурентные

Основой оценки должна быть удовлетворенность студентов, их родителей, работодателей. Пожалуй, этого нельзя достичь за одно-два поколения. Но нужно развивать самоуправление в высших учебных заведениях. Нужно идти по западным моделям. Должны быть объединения студентов. По-моему, только несколько вузов пытаются это блюсти, в том числе Киево-Могилянская Академия. Но ВУЗам, которые являются выходцами из Советского Союза, сложно это сделать. Министерство может выписывать программы, привлекать новых преподавателей и делать все что угодно. Но это будет разбиваться о стену неэффективности, потому что менеджмент вузов оценивается не по тем критериям.

– А если посмотреть на конкретные отрасли. Какие профессии будут наиболее востребованы в ближайшее время на рынке труда? На что стоило бы обратить внимание человеку, который еще выбирает?

– Мне кажется, в этом вопросе нужен двойной подход. Пытаться сориентироваться, какие профессии будут наиболее актуальны, и разобраться в себе, что ближе. Опыт показывает, что профессия, в которой человек достигает успеха, должна быть им очень любима. Для этого существуют консультанты по карьере. Разобравшись в себе, нужно выбирать что-то более универсальное. Если человек чувствует, что ему близки инженерные профессии, связанные с точной наукой, он должен смотреть в этом направлении. Спрос на таких специалистов будет расти. Когда я говорю об универсальности, то предполагаю, что отрасли, в которых он потом сможет работать, должны быть широкими. Мой совет: сначала слушаем себя, понимаем, что нам ближе, чего больше хотим. Это домашнее задание, делаем его на 5 с плюсом и только после этого разбираемся, куда идти.

Относительно востребованных специальностей, не скажу ничего нового. Востребованными останутся те, которые связаны с новыми технологиями, сферой обслуживания. Люди в Украине хотят более высокого качества обслуживания. Будут востребованы инженерные специальности, потому что так или иначе в Украину придет большое производство. На мой взгляд, мы стоим на пороге этого скачка.

– Каким образом нужно поменять законодательство в Украине, чтобы стало лучше и для работодателя, и для работника. Насколько сегодня законодательство о труде позволяет успешно сотрудничать работодателю и работнику? Что нуждается в изменении?

– Сложно ответить на этот вопрос однозначно. Это целый процесс. В КЗоТ около года назад были внесены некоторые поправки. Они касались как усиления в определенных ситуациях позиций рядового сотрудника, так и усиления позиций компании, в которой он работает. В Украине неплохая социальная обеспеченность с точки зрения законодательства. Сотрудника очень сложно уволить просто так, он имеет очень много лазеек, если не хочет уходить.

Так уж сложилось, что наша национальная и религиозная культура не прививает должного отношения к труду

– Чем наши прокуроры и судьи пользуются.

– Вы абсолютно правы. Они очень хорошо разбираются в законодательстве и поэтому используют его по полной. Когда говорят о том, что законодательство не защищает работника украинской компании, то это не потому, что оно плохое, а потому что работник не знает, как им пользоваться.

Но есть другая сторона – бизнес. Ему тоже нужны возможности для развития. Раньше очень сложно было доказать неквалифицированность сотрудника. Нужно было фиксировать каждый его чих, постоянно делать какие-то выговоры. Насколько я знаю, сейчас есть небольшое улучшение законодательства в этом отношении.

– Что, по-вашему, будет в дальнейшем на рынке труда? Какие будут преобладать тенденции, что будет с зарплатами?

– Время от времени я спрашиваю людей, которые работают в банках, что будет с курсом? В подавляющем большинстве случаев ответ примерно такой: у меня нет хрустального шара, куда бы я заглянул и узнал. У меня ответ примерно такой же. Я не знаю, что будет, потому что есть большое количество макрофакторов, которые влияют на политическую и экономическую ситуацию. Моего аналитического аппарата недостаточно для того, чтобы их всех проанализировать и сделать какие-то прогнозы.

У среднестатистического украинца возникает ощущение, что лучше живет тот, кто меньше работает, более хитрый и ушлый

Я не знаю, что будет в Украине. По моим ощущениям, все развивается в правильном направлении, конфликтные ситуации будут потихоньку затухать. Экономика Украины будет развиваться. Это моя внутренняя интуиция. В связи с этим будет расти спрос на сотрудников и будут расти зарплаты. Так или иначе Украина сравнивает себя с другими странами. После девальвации средняя зарплата в Украине в 2015 году составляла около $215 в месяц. При этом в России в том же году – $560, в Казахстане – $565. А если говорить о мире, то средняя зарплата в Китае составляет $765. То есть в Украине зарплаты в 3,5 раза ниже. Это будет способствовать тому, что западные компании будут открывать свои производства в Украине. Не знаю, произойдет ли это в ближайшее время. Скорее всего – да, потому что стоимость квалифицированного труда в Украине нивелирована теми рисками, которые возникают. К сожалению, иностранные инвесторы пока оценивают риски более угрюмо, чем нам хотелось бы. Если в Украине сохранится такая же пропорция стоимости рабочей силы по отношению к другим странам и удастся преодолеть эти политические и экономические риски, по крайней мере в глазах иностранных инвесторов, то здесь будет цунами по открытию производств. Мы сможем стать небольшим Китаем для всей Европы.

– Если перефразировать то, что вы сказали, главное – остановить войну или по крайней мере как-то заморозить этот конфликт?

– Да. Это то, на что крайне сложно, но возможно влиять. Но этот риск существенен настолько же, насколько риск, связанный с коррупцией. Главное – остановить войну и победить коррупцию. Решение этих двух факторов ускорит приход больших иностранных инвесторов и денег в страну, в чем все мы заинтересованы.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

НЕ ПРОПУСТИТЕ

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Бизнес. Интервью ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: