Глава ГПЗКУ: Китайцы получили предложение от министра и от нас о частичном выкупе компании

Руководитель ГПЗКУ уверяет, что дела пошли вверх
Фото: Александр Медведев / НВ

Руководитель ГПЗКУ уверяет, что дела пошли вверх

В октябре 2016 года в крупнейшем государственном операторе – Государственной продовольственно-зерновой корпорации Украины (ГПЗКУ) сменился руководитель.

Вместо Бориса Приходько, занимавшего этот пост с мая 2015 года, главой правления корпорации был назначен (пока - в статусе и.о.) Александр Григорович.

Ему предстоит сверхсложная задача – стабилизировать работу корпорации, упорядочив отношения с основным кредитором – Китайской национальной корпорации машинной промышленности и генеральных подрядов (ССЕС), которая в рамках контракта 2012 года «влила» в ГПЗКУ $1,5 млрд.  

В рамках этого соглашения украинская сторона должна поставить в Китай 5,16 млн т зерновых – в условиях рекордно-низких цен на зерно и фиксированной маржи эта договоренность требует существенной трансформации. «Есть долги, колоссальные долги. Они в теле кредита, эти деньги не работают, а проценты мы на них платим», – говорит Григорович.

Он подчеркивает, что под его руководством финансовое положение корпорации уже улучшилось - чистый убыток сократился в 4 раза и сейчас составляет «всего» 700 млн грн. Как удалось этого добиться, он не углубляется в подробности. Лишь раз проговаривается: «По сути, мы  работаем по понятийке».

Григорович – полновесный хозяин во вверенном ему ведомстве. Несмотря на то, что его считают креатурой Игоря Кононенко, сам он лишь улыбается в ответ на такие предположения. «Министр не позволяет себе звонить мне», - говорит он.

О том, с какими результатами ГПЗКУ заканчивает 2016 год и что планирует в будущем сезоне – в интервью НВ Бизнес поговорил с руководителем корпорации. 

– Как для ГПЗКУ прошел этот год?

– Если говорить об успехах, то первое – мы наладили диалог и вывели  на траекторию позитивного развития отношения с нашим стратегическим партнером – китайской компанией ССЕС. Согласована и впервые в истории корпорации начата с 1 ноября программа форвардной закупки зерновых будущего урожая. На ее финансирование будет направлено более 1 млрд грн. Также согласован вопрос совместной реализации ряда инфраструктурных проектов. К главным отнесу модернизацию линейных элеваторов, Николаевского портового элеватора, Одесского зернового терминала. Цель – повышение конкурентоспособности нашей компании не только на внутреннем, но и на мировом рынке.

Что касается наиболее важных и нужных для нас программ, реализацию которых нам удалось согласовать с ССЕС, то это приобретение вагонов-зерновозов. Считаю, что это один из самых важных на сегодняшний день проектов. Мы убедили наших партнеров в его актуальности, они поддержали нашу позицию и этот вопрос уже согласован с Экспортно-импортным банком Китая.

Кроме этого, хочу отметить работу нашего коллегиального органа – Совета директоров. В феврале следующего года мы будем праздновать первую годовщину его работы. В состав совета вошли лучшие – самые успешные и опытные руководители практически со всех регионов Украины. Наши предприятия расположены в 20 областях Украины, и 12 человек представляют разные регионы. Ежемесячно мы встречаемся, обсуждаем производственные вопросы, политику развития компании. Это в основном выездные совещания, которые проходят  на территории наших филиалов. Как правило, мы выбираем для проведения очередного заседания те предприятия, которые требуют внимания и поддержки, или те, которые могут быть образцом для остальных в своей работе.

Что касается результатов работы компании, то в первом полугодии ГПЗКУ стала лидером по экспорту зерновых. Для нас это успех и большая честь занять лидирующие позиции на достаточно сложном рынке с высокой конкуренцией. Во втором полугодии мы вышли на первое место по экспорту муки. Это тоже существенное достижение нашей компании, поскольку ранее перерабатывающие мощности использовались абсолютно неэффективно. По сути, мы только на 5% контролировали внутренний рынок и где-то около 10% внешний рынок. На сегодняшний день ситуация меняется. Задача, которую я ставлю перед предприятием и перед руководителями направлений –  чтобы мы были не только лидерами по экспорту и увеличили долю рынка, но и выходили на первые позиции на внутреннем рынке.

Кроме всего, сегодня ГПЗКУ имеет неплохой финансовый результат. За 2016 календарный год выручка компании увеличилась почти на 5% и составляет чуть больше 13 млрд грн.

Если смотреть на условия подписанного (с Китаем) соглашения – да, оно не выгодно для нас

– За счет чего?

– Причин несколько. Во-первых, стабилизировался валютный курс. Даже чистый убыток мы практически в четыре раза сократили – с 3 млрд грн до 700 млн грн. Кроме того, мы идем на исторический рекорд по объемам заготовки. Это дало возможность увеличить прибыль наших филиалов – она выросла почти в два раза и составляет сегодня 273 млн грн. И, поверьте, есть еще потенциал для роста. Мы сейчас пересматриваем тарифы на услуги наших предприятий, думаем их немного увеличить, что даст возможность предприятиям получить дополнительную прибыль.

– То есть филиалы у вас прибыльные, а сама компания с убытками?

– Мы же говорим о разных направлениях бизнеса. Основной результат работы компании дает трейдинг, который генерирует 90% прибыли. А все остальное – тот потенциал, которым мы владели и практически никогда о нем не говорили, но сейчас мы ставим его во главу работы компании. Что касается убытков, то этот вопрос волнует всех. Это наследие 2013-2014 годов, когда у корпорации образовалась колоссальная дебиторка – $132 млн по внешним контрактам.

– Что вы конкретно сделали в компании после назначения главой и можете себе как менеджеру записать? Изменились ли подходы в отношении контрагентов?

– Первое – это то, что я оптимизировал структуру. Определенное преимущество мне дало то, что я год проработал заместителем и видел сильные и слабые стороны в компании. Исходя из своего понимания эффективной работы корпорации, я принял решение о сокращении структуры. На 85 человек был урезан центральный аппарат. Были созданы новые структурные подразделения. Например, управление по приватизации. Решение о создании такого управления было мною принято для реализации постановления КМУ №271, которое предусматривает приватизацию ГПЗКУ, и для того, чтобы подготовить и обеспечить в будущем продажу корпорации. Параллельно мы работаем над реализацией тех планов, которые достигнуты по итогам  переговоров с китайской стороной. Создан департамент развития, который концентрирует усилия и кадровый потенциал по инфраструктурным проектам, что  дало возможность эффективнее готовить необходимые материалы, лучше и качественнее проводить переговоры с китайской стороной и, в итоге, добиваться результата.

– Ваши сотрудники говорят, что у вас очень жесткий стиль менеджмента. С чем это связано?

– Думаю это преувеличение. Я просто требовательный как к себе, так и к другим. Меня не интересует процесс, меня интересует результат. Я считаю себя справедливым руководителем.

– Уточните, пожалуйста, какой текущий статус Бориса Приходько? Он уже ушел из компании, не ушел?

– Назначение и увольнение – это функция министерства, министра. Борис Приходько уволен. Но у него есть очень ценное качество – он прекрасный аналитик и достаточно опытный трейдер. Поэтому я предложил ему работать в статусе советника, и это предложение было принято.

– Китайцы настаивали на том, чтобы его сняли?

– Хочу сказать, что период с начала этого года и до октября месяца был достаточно сложным в отношениях с китайской стороной. Отношения практически были парализованы. У нас отсутствовала коммуникация. И это заводило в глухой угол диалог не только между нашими компаниями, но и влияло на межгосударственные отношения. Поэтому это была где-то позиция китайской стороны, а где-то личная позиция Бориса – принять решение уйти из корпорации.

– Чем была продиктована попытка назначить председателем компании Александра Лавринчука? Кто инициировал такого рода назначение?

– Когда принималось решение о его назначении, я исходил из оценки  его опыта, знаний, взаимоотношений с китайцами – он пользуется у них высоким доверием. Это могло бы пойти на пользу компании.  Что касается различной информации о нем, то наша служба безопасности внимательно проанализировала эти вопросы. И если бы что-то было из того, что ему приписывают, он был бы или где-то заграницей, или сидел бы в тюрьме. На сегодняшний день, насколько я осведомлен, он борется за должность госсекретаря в Министерстве экологии.

– Вы независимый управленец или министерство вмешивается в вашу работу?

– Безусловно, мы ищем поддержку у министерства. Я благодарен министру, министерству за то, что мы ее чувствуем. Мы выстраиваем взаимоотношения с сельхозпроизводителями, выходим на прямую работу с ними, уходим от посредников. Сегодня доля сельхозпроизводителей в нашей структуре закупок практически 80%, доля посредников – всего 20%. Уход от посредников, в дополнение ко всему, поможет избавиться от коррупционной составляющей. Я считаю, что это наш небольшой успех. И нельзя не отметить  роль министерства и непосредственно министра в налаживании этого диалога. На днях мы подписали меморандум с Аграрным союзом, ведем прямые переговоры с фермерами. Это дает возможность им получить господдержку, в том числе в виде участия в форвардных программах, а также дает им возможность использовать нашу инфраструктуру. В этом направлении будем работать и дальше.

Что касается взаимоотношений с центральными органами исполнительной власти, то вы знаете, насколько сложно сегодня стоит вопрос с обеспечением вагонами-зерновозами и, хочу отметить, что в решении и этого вопроса министр неоднократно нам помогал, за что мы ему благодарны. Он лично не раз поднимал эту проблему, обеспечивал коммуникацию с Министерством инфраструктуры и выносил  ее на рассмотрение в Кабинете Министров, благодаря чему первый вице-премьер поручил решить вопрос с обеспечением вагонами, так как мы госкорпорация, имеем внешнеэкономические контракты, серьезные обязательства и работаем с деньгами, которые получены под гарантию правительства Украины.

Свою роль министерство и непосредственно министр сыграли и в вопросе налаживания взаимоотношений с китайской стороной. 17 октября, буквально через десять дней после моего назначения, состоялась первая встреча с ССЕС. Эти первые, сложные, переговоры длились четыре дня. Положительным сигналом был приезд делегации в Украину, ведь последние восемь месяцев их представители не были в нашем офисе, а это неприемлемо для партнерских отношений. И то, что они вернулись и мы сели за стол переговоров, начали искать точки взаимопонимания – в этом большая заслуга министра. Это был сложный момент, на определенных этапах переговоров китайцы были готовы уйти, но, в итоге, нам удалось найти компромисс.

Фактически, мы договорились строить отношения на том, что нас объединяет, и отложить сложные спорные вопросы на более поздний период. Уверен, что такая позиция принесет нам взаимный успех.

– Так вас курирует Минагрополитики или нет?

–Да. Министр назначает всех заместителей, а кандидатуру главы правления подает на рассмотрение и утверждение Кабинету Министров.


Фото: Александр Медведев / НВ
Фото: Александр Медведев / НВ


– Как часто бывает, что министр звонит вам, что-то просит сделать?

– Он такого себе не позволяет. Министр указывает на приоритеты в работе, в каком направлении двигаться, что более полезно для государства и отрасли в целом. Вот в таком контексте строятся наши отношения.

– Просто интересно, как это все работает. Бывает такое, что позвонит Владимир Гройсман и даст указание какое-то, или глава Администрации президента?

– Нет. Владимир Борисович нам не звонит. Но мы тесно взаимодействуем с секретариатом Кабинета Министров, профильным управлением.

– Говорят, что вашим куратором является замглавы фракции БПП Игорь Кононенко. Вы знаете этого человека, как он влияет на вашу деятельность?

– Мы рассчитываем на поддержку и в некоторых вопросах ее получаем со стороны многих депутатов, в том числе и от фракции БПП.

– К вашему назначению Игорь Кононенко имел какое-то отношение?

– К моему назначению прямое отношение имел министр, который предложил и поддержал мою кандидатуру.

– Вашу корпорацию включили в список компаний, подлежащих приватизации. Как на это отреагировала китайская сторона? Они смогут принять участие в этой приватизации или нет?

– Мы имеем полуторамиллиардный кредит, который нам дал Экспортно-импортный банк Китая на выполнение Генерального соглашения с нашим стратегическим партнером компанией ССЕС. Для того, чтобы мы могли покупать зерно и продавать его через Китай дальше. И в условиях этого договора есть ограничения касательно того, что все вопросы, которые связаны с изменением собственника, изменением условий, в обязательном порядке должны согласовываться с китайским банком. Об этом мы проинформировали соответствующие службы и наши органы управления. Насколько мне известно, на сегодняшний день министерство направило письма в Кабинет министров, в Фонд госимущества и китайским партнерам с объяснением ситуации, чтобы не было волнений и они не переживали за свои деньги. Все спокойно, работаем, развиваем наш проект сотрудничества.

– Есть ли уже какая-то оценка стоимости ГПЗКУ?

–  Я рассчитываю, что мы уже покажем в бухгалтерском отчете изменение стоимости активов. Если говорить о цифрах, то если раньше нас оценивали в  729 млн грн, на сегодняшний день – это уже 3,9 млрд грн.

– Вопрос по поводу формата приватизации. Какой вы считаете оптимальным? Одним пакетом или региональными предприятиями? Или лучше вообще не продавать?

– Моя позиция – продавать на выгодных для государства условиях. Чтобы не получилось так, что мы организуем приватизацию, а в итоге потеряем даже то, что имели. Здесь нужно действовать продуманно и ориентироваться на достижение лучшего результата. А какой способ выбрать – я думаю, что Фонд госимущества найдет и предложит лучший вариант. Это может быть конкурс или аукцион.

– Продавать будут цельный имущественный комплекс?

– Китайцы рассматривают вариант частичного выкупа. Наши китайские партнеры получили предложение об участии в приватизации от министра, от нас, они заинтересованы этим предложением. Но хотят официального разъяснения: какой порядок, процедура, сроки, условия. То есть более четкой информации.

– С учетом того, что у них кредит, у них будет какое-то право дешевле купить?

– Дешевле – вряд ли, а вот первоочередное право на покупку можно обсуждать. Но, опять-таки, это вопрос к Фонду госимущества.

– Давайте поговорим о текущей работе. Сколько уже законтрактовано зерновых урожая 2016 года? Какая характеристика поставщиков?

– Буквально 16 декабря мы завершили форвардную программу 2016 года. Программа была реализована в значительно меньших объемах, чем анонсировалось изначально. То есть на сумму где-то около 110 млн грн. При этом  ГПЗКУ не допустила ни одного дефолта ни по одному контракту. Почему масштабы анонса и факта так отличаются? Это результат сложностей работы с китайскими партнерами, которые  дали согласие на форвард, когда посевная уже закончилась и, соответственно,  закончились закупки всех семян, удобрений, топливно-смазочных материалов. Одним словом, было упущено время и возможности. Поэтому результат такой скромный.

– Почему они так себя ведут? Все говорят, что сложные переговорщики.

– Не сказал бы, что сложные. Они требуют к себе уважения и хотят, чтобы считались с их интересами. Если смотреть на условия подписанного соглашения – да, оно не выгодно для нас и для государства. С китайской стороны есть понимание того, что они должны идти навстречу. Я перед собой  поставил задачу изменить  условия кредитного соглашения в сторону улучшения для украинской стороны. И в этом направлении уже есть определенные результаты. Мы обсуждаем вопрос понижения кредитной ставки. Можете себе представить, что, когда подписывался контракт, цены на кукурузу были практически в два раза выше. А цена LIBOR на тот период составляла 0,51%. На сегодняшний день цена на кукурузу в два раза меньше, а LIBOR почти в 2,5 раза выше – 1,31%. Плюс добавьте 4,5% и у нас получается 5,8% по кредиту. Мы больше $80 млн платим процентов по обеспечению кредита. Министр на переговорах с китайцами прямо сказал: мы летом получили от МВФ кредит и его стоимость – 2,6%. Мы написали китайской стороне официальное письмо, чтобы они пошли нам навстречу. Они понимают, что ситуация изменилась и условия нужно пересматривать. Мы рассчитываем на успех в этом направлении.

По условиям этого соглашения мы должны поставлять китайцам 5,16 млн т зерна. Реально вы же понимаете, что у нас нет для этого условий

– Расскажите, пожалуйста, о контрактах 2017 года.

– На 2017 год мы запустили форвардную программу на 550 тыс. т. Объем финансирования где-то порядка 1,1 млрд грн. Китайская сторона уже согласовала эти вопросы. Это достижение нашей команды, мы впервые в истории корпорации начали осенний форвард. Какие результаты? На сегодняшний день у нас около 40 контрагентов, которые уже проявили интерес к программе. По 12-ти из них уже подписаны договора. В связи с изменением погодных условий оценщики не могут оценить состояние полей, поэтому этот процесс перенесен на февраль-март следующего года. Китайская сторона готова существенно увеличить объемы форвардной программы до 2-3 млрд грн в зависимости от того, сколько мы сумеем принять.

Вы спрашивали об участие министра – здесь была его принципиальная позиция – не допустить дефолта и помочь тем, кто в этом больше всего нуждается. Это фермеры и средние сельхозпроизводители. Мы готовы работать со всеми, но предпочтение отдаем тем, кто больше всего нуждается в этом. Как будет работать программа? Я ставлю задачу перед собой и руководителями структурных подразделений, что основная закупка должна осуществляться именно через форвардную программу. Такая программа должна быть шире и включать в себя не только денежные средства, но  и семена, удобрения, то есть комплекс услуг. В таком виде программа будет более интересной для сельхозпроизводителя, да и нам тоже даст определенное преимущество. В 2016 году за счет форвардной программы мы дополнительно заработали порядка 9,2 млрд грн.

– В чем ваше преимущество или отличие по сравнению с форвардом Аграрного фонда?

– Мы являемся конкурентами не только Аграрному фонду. Многие компании, особенно те, которые имеют иностранный капитал, используют эти программы. Безусловно, сельхозпроизводители выбирают, кто лучше и идут туда, где выше качество услуг и ниже цена. Скажу кратко о том, какие условия мы предлагаем. Это финансирование под 15% и мы не меняем условия, когда это касается изменения качества. Другие, в том числе Аграрный фонд, меняют. У нас одинаковые услуги по нотариусам. Немножко отличается стоимость услуг страховых компаний – у нас она ниже. Что касается авансового платежа, то он у нас выше. Все остальное – репутация. Кому доверяют, с тем работают. Мы активно в эту работу включаем наши филиалы и рассчитываем именно на авторитет директоров, на их прямую работу с сельхозпроизводителем.

– Насколько соответствует действительности, что китайцы не подтверждают чуть ли не каждый форвардный контракт? И насколько можно в таких условиях эффективно работать?

– В плане согласования с китайцами работаем без проблем. Только заранее нужно обсуждать все вопросы, нужно понимать алгоритм его решения, оценивать реальные возможности получения конечного результата. Здесь я не вижу никаких проблем.

У нас есть долги, колоссальные долги. И мы рассчитываем на эффективную работу правоохранительных органов по возвращению этих денег в компанию

– Вы говорили о том, что сейчас ведутся переговоры об изменении контракта с китайцами. Хотелось бы понять, на каком уровне проходят эти переговоры?

– Исходя из своей коммерческой деятельности, мы видим сложности этого контракта и обращались к министру. Здесь я уже вам говорил о роли министра и министерства. Мы инициировали этот вопрос и при поддержке  министерства он был вынесен на рассмотрение Кабинета Министров. И насколько я знаю, что есть поручение премьер-министра о том, чтобы Министерство финансов, Министерство иностранных дел, Укрэксимбанк подготовили соответствующее письмо с предложением об изменении условий контракта, в том числе процентной ставки по кредиту. Скажу больше, на выполнение этого поручения такое письмо уже подготовлено и в прошлый четверг, оно было отправлено на согласование в Кабинет Министров, после чего будет направлено в Китай. Китайские партнеры ждут официального обращения, для того чтобы приступить к обсуждению изменения условий.

– Есть информация о том, что китайцы возмущались тем, что их якобы кинули.

– Мы к этому не имеем отношения. Эти истории в виде слухов в прошлом. Сейчас мы говорим на другом языке и совсем в другой тональности.

– Вы можете цифры назвать, новые условия, о которых вы просите?

– Это коммерческая тайна, но они существенно ниже. Я вам озвучил позицию министра, про кредит МВФ под 2,6%, наша позиция – договориться работать где-то в этих пределах.

– А кроме этого, есть еще какие-то вещи, которые вы хотите поменять?

– Безусловно. Для нас проблематичен вопрос с преференционной маржой и формированием цены. Для нас это достаточно сложные вопросы, которые требуют обсуждения. Мы работаем в этом направлении и рассчитываем на понимание китайской стороны. Еще раз хочу обратить внимание, что в 2012 году, когда подписывался контракт, тонна кукурузы стоила почти $400. Тогда $5, которые мы платили с тонны китайцам – казались несущественными. Сейчас, когда цена практически в два раза меньше, то это, по сути, весь заработок. Нам нужно обеспечивать кредит, нужно обеспечивать свою жизнедеятельность. Мы не просто в таком случае не заработаем, а и несем убытки. Что касается торговли – мы должны все продавать в Китай,  мы обязаны им поставлять 5,17 млн тонн в год. А они, в свою очередь, не гарантируют покупку.

– Как-то странно.

– Вот такая странная ситуация.

– То есть вы эти два пункта хотите вычеркнуть?

– Мы не хотим вычеркнуть. Мы хотим работать с китайскими партнерами. Мы рассматриваем их как эксклюзивного партнера. Но эти вопросы должны быть оговорены с учетом интересов украинской стороны.

– Какие у вас основные планы на следующий год? Что вы планируете получить спустя год? Что вы хотите увидеть?

– Если говорить об организационных вопросах, то в нашей компании уже внедрена и работает корпоративная культура западного образца. И в формировании миссии, визии, стратегических целей, задач, подходов, кадровой политики исходим из лучшей практики. И работу в этом направлении будем улучшать – оптимизировать и дальше команду, сокращать штат. Мы делаем ставку на профессионализм, порядочность и эффективность. Вот основные требования, которые я предъявляю и к себе, и к своим коллегам, с которыми работаю. Что касается результатов, на которые рассчитываем, первое – компания должна быть эффективной. Я хочу доказать, что государственная компания может быть эффективной. И может быть более эффективной, чем многие частные предприятия. Такие задачи я вижу перед собой и корпорацией в целом.

– Большинство в это не верят.

– Я много езжу по предприятиям, был на тех, которые построены 40-50 лет назад, и за все время никто из предыдущих руководителей там не был. Но при этом это прекрасные предприятия, там работают  любящие и знающие свое дело люди. Это дает силы, и в работе я именно на таких людей буду полагаться. Какие задачи вижу. Основное наше направление – это инфраструктура – линейные и портовые элеваторы, я хочу, чтобы они были максимально загружены. Чтобы этот рекорд, о котором я вам сказал, не был случайным, чтобы была системная плановая работа. Критерий, по которому я буду оценивать работу руководителей – это финансовый результат. Все предприятия должны быть прибыльными. Задача, которую я ставлю перед руководителями – это работа с прибылью. Когда год начинался, у нас около 35 предприятий были убыточные. Вы можете себе представить катастрофическое состояние некоторых из них. На сегодняшний день их осталось только четыре.

И мы продолжим работу над тем,  чтобы все предприятия были максимально прибыльными. Из дополнительных направлений и видов деятельности, которые мы рассматриваем, можно назвать формирование банка земли. Ведь, имея авторитет и доверие фермеров, сельхозпроизводителей, владельцев паев,  мы можем, не вкладывая больших средств, получить достаточно хороший инструмент для дополнительной прибыли. Приведу пример: я веду ежедневный рейтинг по всем предприятиям и  знаю их результат работы каждый день. Кто на первой позиции, кто занимает последнюю позицию, какая динамика во времени и в периодах по сравнению с прошлыми периодами. И самое лучшее наше предприятие, которое идет на рекорды по заготовке, проигрывает почти в два раза в финансовом результате предприятию, которое в рейтинге по заготовке находится на три десятка позиций ниже. В чем суть. Это предприятие имеет земельный банк размером 6 тыс. га.

И, соответственно, наивысший во всей компании финансовый результат. Мы последнее заседание совета директоров в декабре проводили именно на этом предприятии. Обсуждали вопрос создания банка земли, сложности, возможности, перспективы. Посмотрели, как работает директор, как он организовал работу. Я вам советую, найдите возможность и съездите. Есть чувство гордости. Предприятие находится в очень красивых географических, климатических условиях. Там разливы Днепра, кручи, хвойные леса. Все в розах. Я сейчас думаю организовать конкурс на самое привлекательное предприятие. Это тоже задача на следующий год. Посевные комплексы американского производства. Все выкрашено, чистое стоит. Показатели по производству и по средней урожайности в полтора-два раза выше, чем средние по району. Вот показатель эффективного управления.

И это не единичный случай. Таких у нас десятки предприятий, на которые можно ехать и смело говорить, что это эффективное, достойное уважения и похвалы предприятие. Чтобы не было стыдно, что мы ожидали каких-то лучших времен и ничего не делали, мы исходим из сегодняшней ситуации и вкладываемся на все 100%, чтобы добиться максимально лучшего результата. Мы настроены на приватизацию, потому что частное будет эффективнее. Почему мы так вкладываемся? Потому что это даст возможность государству продать предприятие на более выгодных условиях и получить доход от приватизации.

– А вообще какая справедливая стоимость предприятия?

– Мне трудно сказать. Мне кажется, условия не совсем благоприятные для того, чтобы об этом говорить. Есть долги, колоссальные долги. Они ж в теле кредита, эти деньги не работают, проценты мы по нему платим. Мы рассчитываем на эффективную работу правоохранительных органов по возвращению этих денег в компанию.

На сегодняшний день у нас обеспечение вагонами составляет где-то порядка 35%. Можете себе представить, как работать при таком обеспечении – это треть от планируемого

– Можно уточнить план по прибыли на следующий год.

– То, что она будет выше, я в этом не сомневаюсь. Насколько – думаю, будет более ясно, когда мы пройдем вот эту турбулентность. Мы закладываем прибыль в размере 49 млн грн, но она зависит от условий генерального договора, который мы обязаны выполнять. Соответственно, под это подводятся финансовые планы, которые мы продолжаем корректировать исходя из реальных условий. Они будут понятны, когда наша делегация, вернувшаяся из Пекина, а также наш посол, который, кстати, оказывает нам существенную поддержку во взаимоотношениях с китайцами и в работе, расскажут о последних договоренностях. В декабре 2016-го проводились переговоры с Китайским эксимбанком.

Я поставил задачу утвердить с корректировкой торговую стратегию на второе полугодие, потому что на нас существенно повлияла работа железной дороги с обеспечением вагонами. На сегодняшний день у нас обеспечение составляет где-то порядка 35%. А это треть от планируемого. В любом случае, я надеюсь на решение этого вопроса в ближайшей перспективе, поскольку на 2017-й у нас много амбициозных планов.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

НЕ ПРОПУСТИТЕ

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Бизнес. Интервью ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: